Arms
 
развернуть
 
119002, г. Москва, Арбат, д. 37
Тел.: (499) 241-07-21
reception@movs.ru
показать на карте
119002, г. Москва, Арбат, д. 37Тел.: (499) 241-07-21reception@movs.ru

ДОКУМЕНТЫ СУДА
Обзор за 1-е полугодие 2011 года

Обзор судебной практики

гарнизонных военных судов, подведомственных

Московскому окружному военному суду, по уголовным

делам за первое полугодие 2011 года


В первом полугодии 2011 года судьями гарнизонных военных судов рассмотрено 622 уголовных дела (во втором полугодии 2010 года было рассмотрено 729 дел), 7482 гражданских дела (было 8439 дел), 932 дела об административных правонарушениях (1226 дел), 658 материалов по ходатайствам о применении меры пресечения в виде заключения под стражу и о продлении срока содержания под стражей, по жалобам в порядке ст. 125 УПК РФ и в порядке ст. 23-25 Конституции РФ (было 925 материалов), 97 материалов об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания в дисциплинарной воинской части (125 материалов).

 

Общая судебная нагрузка в анализируемом периоде по рассмотрению уголовных, гражданских дел, материалов досудебного производства и дел об административных правонарушениях возросла и составила 16,3 дела (материала) в месяц на судью (во втором полугодии 2010 года 15,4 дела (материала).

 

Наибольшая общая судебная нагрузка в первцом полугодии 2011 года была в Воронежском гарнизонном военном суде – 41,4 дела (материала), Тамбовском – 31,6, Смоленском – 23,2 и 235-ом гарнизонных военных судах – 22, 7.

С незначительной судебной нагрузкой работали Люберецкий, Брянский, Калужский и Реутовский гарнизонные военные суды, где она составила, соответственно, 4,5; 7,6; 8,7 и 9,6 дела (материала) в месяц на судью.

 

Судебная нагрузка по уголовным делам в первом полугодии 2011 года по сравнению со вторым полугодием 2010 года несколько снизилась и составила 1 дело на судью в месяц (во втором полугодии 2010 года – 1,2 дела на судью) /расчет нагрузки производился исходя из рабочего времени – 5,25 месяца/

Более высокой судебная нагрузка по рассмотрению уголовных дел была в 235-ом – 2,1 дела, Нижегородском – 1,8 дела, Реутовском – 1,8 и Рязанском гарнизонных военных судах – 1,6 дела на судью в месяц.

 

Вместе с материалами, рассмотренными в порядке ст. ст. 108-109, 125 УПК РФ и ст.ст. 23-25 Конституции РФ, судебная нагрузка составила 2,2 уголовных дела (материала) на судью в месяц (во втором полугодии 2010 года было 4,1 уголовных дела (материала).

116 (18,6%) уголовных дел рассмотрено в особом порядке, 46 (7,4%) – с проведением предварительного слушания.

 

Из общего числа уголовных дел, по которым подсудимые содержались под стражей, 63% разрешены в срок до 1 месяца, 37% – в срок свыше месяца. Из всех дел, по которым подсудимые не содержались под стражей, до 1 месяца разрешено 77%, до 2-х месяцев – 14% и свыше 2-х месяцев – 9% дел.

 

В первом полугодии 2011 года 41,8 % от общего количества дел, разрешенных с постановлением приговоров, рассмотрены в воинских частях в присутствии личного состава, тогда как во втором полугодии 2010 года этот показатель составлял 37,5%. (В первом полугодии 2010 года таких дел в присутствии личного состава было рассмотрено 36%).

Более высокими эти показатели были в Рязанском, Реутовском, Воронежском и Калужском гарнизонных военных судах, где в присутствии личного состава рассмотрено, соответственно, 77%, 71%, 71% и 67% таких дел. Недостаточно внимания уделялось этому вопросу в Московском, Нижегородском и Тамбовском гарнизонных военных судах, где в расположении воинских частей рассмотрено, соответственно, 2%, 10% и 10% уголовных дел.

 

Большинство уголовных дел рассмотрено в строгом соответствии с нормами материального и процессуального законодательства. Судьи, как правило, всесторонне, полно и объективно исследовали обстоятельства содеянного подсудимыми, внимательно и критически подходили к оценке собранных органами предварительного расследования доказательств, при необходимости вносили в обвинение соответствующие изменения.

Коррективы в обвинение внесены в отношении 61 подсудимого, в том числе 7 человек оправдано полностью, 2 – частично, преступные действия 31 человека переквалифицированы на более мягкие составы преступлений, из обвинения 21 человека исключены излишне вмененные статьи, эпизоды обвинения, квалифицирующие признаки либо отягчающие обстоятельства.

На недостатки предварительного следствия судами вынесено 13 частных определений, что составляет 2% от общего числа рассмотренных дел (Воронежский, Наро-Фоминский, Нижегородский, Рязанский, Смоленский, Ярославский гарнизонные военные суды).

На недочеты предварительного следствия судами вынесено 14 письменных замечаний, что составляет 2,3% от общего числа рассмотренных дел (Владимирский, Ивановский, Курский, Нижегородский, Реутовский, Рязанский, Смоленский, Тульский гарнизонные военные суды).

 

По сравнению со вторым полугодием 2010 года количество ошибок, допущенных при рассмотрении уголовных дел, снизилось. В анализируемом периоде в кассационном порядке отменено 23 приговора (постановления) в отношении 27 человек и изменено 29 приговоров (постановлений) на 38 человек (во втором полугодии 2010 года отменено 25 приговоров (постановлений) в отношении 30 человек и изменено 32 приговора (постановления) на 47 человек). В порядке надзора отменено 7 приговоров (постановления) на 7 человек и изменено 7 судебных решений в отношении 8 человек (во втором полугодии 2010 года было отменено 3 и изменено 7 судебных решений).

Не было выявлено ошибок, допущенных при рассмотрении дел, у судей Владимирского, Люберецкого и Тверского гарнизонных военных судов.

По одной судебной ошибке допустили судьи Воронежского, Ивановского, Калужского, и Ярославского гарнизонных военных судов.

 

 

В целом по судам качество судебной работы выглядит следующим образом.

 

 

Гарнизонные военные суды

Всего приг. опр. пост. /чел.

Ф.И.О. председательствующих

Отменено

приг., опр., пост.

Изменено

приг., опр., пост.

 

 

 

в

кассац. порядке

в надзор. порядке

в

кассац. порядке

в надзор. порядке

Московский

7/9

Бакин В.В.

 

 

1/1

 

Белоусов О.А.

1/1

 

1/1

 

Ильин А.В.

1/1

 

1/2

1/1

Гринев А.Ю.

 

 

1/2

 

Брянский

3/3

Милушечкин А.В.

1/1

 

 

 

Зайцева Н.Ю.

 

 

1/1

 

Коломоец С.В.

 

 

1/1

 

Владимирский

 

 

 

 

 

 

Воронежский

1/1

Алексеев А.В.

1/1

 

 

 

Ивановский

4/4

Смирнов Е.И.

1/1

 

 

1/1

Щербина Ю.И.

1/1

 

 

 

Пызиков Д.Г.

 

1/1

 

 

Калужский

1/1

Погонышев Н.В.

1/1

 

 

 

Курский

5/7

Прокофьев С.С.

 

 

1/1

 

Старовина М.Б.

 

 

2/3

 

Пахомов М.В.

1/2

 

 

 

Братченко В.И.

 

 

 

1/1

Люберецкий

 

 

 

 

 

 

Наро-Фоминский

10/11

Иванов А.А.

 

 

2/3

 

Другаченко И.В.

 

 

3/3

 

Подзоров С.А.

1/1

 

 

 

Сердюков В.В.

1/1

 

1/1

 

Балабанов Д.Н.

 

1/1

1/1

 

Нижегородский

3/3

Путушкин И.Н.

 

 

2/2

 

Сысалов С.О.

 

 

1/1

 

Одинцовский

4/4

Репета К.Н.

1/1

1/1

 

 

Гришин С.В.

2/2

 

 

 

Реутовский

7/12

Борисов Э.Б.

 

1/1

1/2

 

Бровко С.В.

2/2

 

1/4

1/2

Матвеенко И.Е.

 

 

 

1/1

Рязанский

3/3

Охременко Д.В.

 

 

1/1

 

Калинин Н.П.

2/2

 

 

 

Смоленский

2/4

Стукалов Д.В.

2/4

 

 

 

Солнечногорский

4/4

Клец В.В.

 

2/2

1/1

 

Серазитдинов Э.Т.

 

1/1

 

 

Тамбовский

3/3

Власенко Н.А.

 

 

1/1

 

Лосев В.А.

 

 

1/1

 

Митусов А.В.

1/1

 

 

 

Тверской

 

 

 

 

 

 

Тульский

4/5

Харченко В.А.

 

 

1/1

 

Колпак А.А.

1/1

 

1/2

1/1

Ярославский

1/2

Сысойкин Е.В.

1/2

 

 

 

235

4/4

Сердюков С.В.

1/1

 

2/2

1/1

80

 

 

 

 

 

 

Всего                                66/80

 

Как и прежде, причины ошибок судей, как правило, обусловлены ненадлежащей досудебной подготовкой дел, слабым знанием общей теории квалификации преступлений и судебной практики по рассмотрению различных категорий дел (материалов), руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации и рекомендаций, даваемых Военной коллегией Верховного Суда Российской Федерации и окружным военным судом в обзорах судебной практики, а порой невнимательностью и поспешностью при рассмотрении уголовных дел (материалов).

Приведенные ниже примеры дают представление о характере судебных ошибок, допущенных судьями при рассмотрении уголовных дел (материалов) в первом полугодии 2011 года, и их причинах.

 

 

Ошибки, связанные с несоответствием выводов суда, изложенных в судебном решении, фактическим обстоятельствам дела

ОШИБКИ, СВЯЗАННЫЕ С НЕСООТВЕТСТВИЕМ ВЫВОДОВ СУДА, ИЗЛОЖЕННЫХ В СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЯХ, ФАКТИЧЕСКИМ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМ ДЕЛА

Согласно приговору Воронежского гарнизонного военного суда Г. признан виновным в том, что 5 марта 2008 года он, желая отдохнуть от военной службы, самовольно оставил часть и стал проживать у родственников в Новосибирской области, а затем в Воронежской области, проводя время по своему усмотрению.

27 октября 2008 года он прибыл в военный комиссариат Бобровского района Воронежской области, где получил указание военного комиссара о прибытии 29 октября 2008 года в военную прокуратуру Воронежского гарнизона, куда не явился без уважительных причин и остался проживать у родственников в Воронежской области, проводя время по своему усмотрению.

16 сентября 2010 года Г. прибыл в районный отдел милиции и заявил о себе.

При рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке было установлено, что в ходе предварительного расследования и в суде Г. последовательно давал показания о том, что самовольно часть он не оставлял. В связи его с участием в ликвидации массовой драки между военнослужащими и местным населением, последовавшими после этого угрозами расправы над военнослужащими, командованием части было принято решение о предоставлении им отпусков с последующим увольнением, в случае их неприбытия обратно в часть. Исходя из его показаний, 22 марта 2008 г. ему в части были выданы УПК, отпускной билет и произведен финансовый расчёт. Вечером этих же суток он приобрёл железнодорожный билет и в ночь на 23 марта 2008 года убыл из г. Чита в Новосибирскую область.

В дальнейшем он неоднократно обращался по месту жительства в районные военные комиссариаты Новосибирской и Воронежской областей по вопросу постановки на учёт.

Во всех случаях ему был дан ответ о постановке на учёт после получения соответствующего подтверждения из войсковой части 36996.

Данные показания Г. суд первой инстанции надлежащим образом не проверил, представителей части в судебное заседание не вызвал, и без достаточных на то оснований отверг эти показания.

Между тем эти показания осужденного косвенно подтверждаются имеющимся в деле сообщением Забайкальского УВД на транспорте о приобретении Г. железнодорожного билета и убытии его из г. Чита не 5 марта, а 22 марта 2008 года.

Кроме того, из поступивших в суд кассационной инстанции по запросу защитника из войсковой части материалов усматривается, что весной 2008 года между военнослужащими войсковой части 36996 и гражданскими лицами, входящими в организованную преступную группировку в г. Борзя произошла массовая драка, в результате которой один из гражданских погиб. В последующем от местного населения в адрес военнослужащих, принимавших участие в данном конфликте, начали поступать угрозы вплоть до физической расправы. В целях сохранения жизни и здоровья военнослужащих - участников конфликта, командованием войсковой части 36996 было принято решение о предоставлении последним основного отпуска за прослуженный период военной службы. С военнослужащих были отобраны рапорта на увольнение из рядов ВС РФ (в связи с несоблюдением условий контракта со стороны военнослужащего), которые реализовывались в случае невозвращения военнослужащих из отпуска. Большинство военнослужащих после окончания отпуска к месту службы не прибыло. Командование войсковой части 36996, зная причины неприбытия из отпусков военнослужащих, в том числе и Г., провело кадровые мероприятия с последующим их увольнением из рядов Вооруженных Сил Российской Федерации.

При таких данных судебная коллегия нашла вывод суда первой инстанции о виновности Г. в инкриминируемых ему преступлениях преждевременным, не основанным на фактических обстоятельствах дела, в связи с чем приговор отменила, а уголовное дело направило на новое судебное разбирательство.

 

* * *

 

Неправильная оценка заключения судебно-медицинского

эксперта повлекла отмену приговора

 

По приговору Ярославского гарнизонного военного суда военнослужащий Л. и гражданин С. осуждены за совершение преступления, предусмотренного п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ.

Они признаны виновными в разбойном нападении на гражданина З., совершенном по предварительному сговору группой лиц, с применением предметов, используемых в качестве оружия, и повлекшем тяжкие последствия.

При этом, действуя согласно договоренности Л. отвлек потерпевшего разговором, а С. в это время сзади нанес З. удар доской по спине и удар в затылочную часть головы, от которых тот упал на спину головой вверх. После этого Л. придавил ногой голову потерпевшего к земле, а затем ногой нанес ему два удара сверху по голове.

Завладев имуществом потерпевшего, осужденные с места происшествия скрылись. В результате их действий гражданину З. был причинен тяжкий вред здоровью в виде черепно-мозговой травмы, линейных переломов левой височной, правой теменной и височных костей с переходом на основание черепа, от которых потерпевший скончался через три дня в больнице.

Отменяя приговор в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, судебная коллегия в кассационном определении указала.

Как следовало из материалов уголовного дела, С. вменялось нанесение деревянной доской потерпевшему одного удара по спине и одного удара в затылочную часть головы, от которого тот упал на спину лицом вверх, а Л. - то, что он придавил ногой голову З. к земле, а затем ногой нанес ему два удара по направлению сверху вниз по голове.

В обоснование вины осужденных суд сослался в приговоре на заключение судебно-медицинского эксперта, по выводам которого потерпевшему были причинены телесные повреждения в виде кровоизлияния в окологлазничную клетчатку правой и левой орбиты, правосторонней эпидуральной гематомы в теменно-височной области с переходом на основание черепа, линейных переломов левой височной, а также правой теменной и височной костей с переходом на основание черепа, субарахноидальное кровоизлияние на левой теменной доле и на базальной поверхности правой височной доли, ушиб вещества головного мозга на базальной поверхности правой лобной доли и на базальной поверхности левой височной доли. Данные телесные повреждения образовались прижизненно, от взаимодействия с твердым тупым предметом (ми) или о таковой (таковые), в результате не менее двух травматических воздействий в область головы, как в отдельности, так и в совокупности являются опасными для жизни, причинили тяжкий вред здоровью, находятся в прямой причинной связи со смертью.

Вместе с тем, судебно-медицинская экспертиза следственными органами была назначена и проведена в первоначальный этап расследования уголовного дела, когда фактический обьем примененного к потерпевшему насилия С. и Л. установлен не был.

При допросе в судебном заседании судебно-медицинский эксперт на неоднократные вопросы стороны защиты дал показания о том, что линейные переломы левой височной, а также правой теменной и височной костей с переходом на основание черепа, которые являлись непосредственной причиной смерти потерпевшего, не могли быть причинены ударами в затылочную часть головы.

Эти обстоятельства суд первой инстанции проигнорировал, не дал им какой-либо оценки и пришел к преждевременному выводу о причинении этих телесных повреждения, повлекших смерть потерпевшего, как одиночными, так и совместными действиями осужденных.

В связи с изложенным приговор был отменен, а уголовное дело возвращено для нового судебного разбирательства.

 

 

НЕПРАВИЛЬНОЕ ПРИМЕНЕНИЕ

УГОЛОВНОГО ЗАКОНА

Лицо, не являющееся субьектом преступления, специально

указанным в соответствующей статье Особенной части УК,

участвовавшее в совершении преступления, предусмотренного

этой статьей, несет уголовную ответственность за данное

преступление в качестве его организатора, подстрекателя или

пособника.

По приговору Наро-Фоминского гарнизонного военного суда М. признан виновным в мошенничестве, совершенном группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину, с использованием своего служебного положения при следующих установленных судом обстоятельствах.

Как указано в приговоре, Т. и М., осуществляя организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в медицинском пункте войсковой части 93723, зная об отсутствии в медпункте вакантных должностей, предварительно договорившись между собой, решили похитить путем обмана и злоупотреблением доверия денежные средства гражданина К., который обратился к М. с просьбой о переводе его внука для дальнейшего прохождения службы в медпункт воинской части.

Реализуя задуманное, 29 июля 2010 года в служебном помещении медпункта М. сообщил К. о том, что за 15000 рублей можно договориться с начальником медицинской службы полка о назначении его внука на штатную должность санинструктора. После этого, в один из дней начала августа 2010 года М. по указанию Т. сообщил внуку, находившемуся на лечении в медпункте, что деньги в сумме 15000 рублей необходимо перевести на банковский счет начальника медицинской службы, который на самом деле принадлежал Т.

6 августа 2010 года К. перевел 15000 рублей на указанный М. банковский счет Т., полагая, что данный счет принадлежит начальнику медицинской службы полка, после чего Т. обналичил денежные средства.

Желая убедить внука К. о его якобы состоявшемся переводе в медпункт воинской части, Т. возложил на него устным приказом исполнение обязанностей, однако после выхода на службу начальника медицинской службы тот был выписан и направлен в подразделение.

Указанными действиями Т. и М. потерпевшему был причинен значительный ущерб.

При рассмотрении дела судом кассационной инстанции было установлено, что если Т. был в установленном порядке назначен временно исполняющим обязанности начальника медицинского пункта войсковой части, то есть являлся должностным лицом применительно к примечанию к ст. 285 УК РФ, то М., исполняющий обязанности санинструктора, таковым лицом не являлся, а поэтому юридическая квалификация содеянного им, как совершение мошенничества с использованием своего служебного положения является неверной, поскольку в силу ч. 4 ст. 34 УПК РФ он может нести уголовную ответственность лишь за пособничество Т. в совершении данного преступления.

Согласно п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007 №51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» действия пособников мошенничества, заведомо для них совершенных лицом с использованием своего служебного положения, квалифицируются по соответствующей части статьи 33 и по части 3 статьи 159 УК РФ.

При таких обстоятельствах судебная коллегия окружного военного суда переквалифицировала действия М. с ч. 3 ст. 159 УК РФ на ч. 5 ст. 33 и ч. 3 ст. 159 УК РФ и исключила из приговора квалифицирующий признак мошеннических действий М. и Т., как совершенных группой лиц по предварительному сговору, поскольку М. не является субъектом мошенничества с использованием своего служебного положения, а его действия квалифицированы как пособничество.

 

Хищение чужого имущества путём кражи при отсутствии признаков преступления, предусмотренных ч.ч. 2, 3 и 4 ст. 158 УК РФ, если стоимость похищенного не превышает 1000 рублей, признаётся мелким и влечёт не уголовную, а административную ответственность.

 

 

По приговору Реутовского гарнизонного военного суда К. признан виновным в покушении на тайное хищение чужого имущества с незаконным проникновением в жилище.

Согласно приговору от 10 сентября 2010 года 5 августа 1998 года К. совместно с Т. (уголовное преследование в отношении Т. прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ) в связи с конфликтом, возникшшим с гражданином Ж. в ходе распития спиртных напитков, незаконно проникли в его квартиру в г. Павловский Посад Московской области, где применили к нему физическое насилие, в результате которого тот потерял сознание.

После этого К. и Т. решили украсть из квартиры Ж. телевизор и магнитофон стоимостью, соответственно, 350 и 200 рублей, однако при попытке скрыться с похищенным были задержаны соседями и переданы сотрудникам милиции.

В то же время, К. незаконно проник в жилище потерпевшего в результате конфликта, возникшего между ними в ходе совместного распития спиртного, причём целью этих его действий было намерение применить к Ж. физическое насилие, а умысел на тайное хищение имущества потерпевшего возник у него уже при нахождении в жилище, после того, как Ж. в результате применённого к нему насилия потерял сознание. При таких обстоятельствах у суда отсутствовали основания рассматривать незаконное проникновение К. в жилище в качестве квалифицирующего признака инкриминированного ему преступления. В связи с этим содеянное им следовало квалифицировать по ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 158 УК РФ.

Между тем согласно ст. 7.27 Кодекса РФ об административных правонарушениях (в редакции Федеральных законов от 31 октября 2002 г. № 133-ФЗ, от 22 июня 2007 г. № 116-ФЗ, от 16 мая 2008 г. № 74-ФЗ) хищение чужого имущества путём кражи при отсутствии признаков преступления, предусмотренных ч.ч. 2, 3 и 4 ст. 158 УК РФ, если стоимость похищенного не превышает 1000 рублей, признаётся мелким и влечёт не уголовную, а административную ответственность.

При таких обстоятельствах, поскольку кража имущества Ж. на общую сумму 550 рублей, является мелким хищением, суд необоснованно признал К. виновным в преступлении, в связи с чем президиум окружного военного суда в порядке надзора приговор отменил, а уголовное дело в отношении Куркова прекратил на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – за отсутствием в деянии состава преступления.

ОШИБКИ, СВЯЗАННЫЕ С НЕПРАВИЛЬНЫМ

ПРИМЕНЕНИЕМ ИЛИ НАРУШЕНИЕМ УГОЛОВНО-

ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ЗАКОНА

 

Уголовное дело может быть возвращено прокурору

в случае составления обвинительного заключения с

нарушением требований УПК РФ, исключающим

возможность постановления приговора или вынесения

иного решения.

Постановлением Ивановского гарнизонного военного суда уголовное дело по обвинению А. в совершении двух преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, было возвращено прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

При принятии решении суд расценил в качестве препятствия для рассмотрения дела и постановления по нему приговора то, что как в обвинительном заключении, так и в постановлении о привлечении А. в качестве обвиняемого при квалификации действий последнего дата совершения преступления по одному из эпизодов обвинения указана – 28 января 2010 года, тогда как в материалах дела имеются данные о совершении А. преступления 28 сентября 2010 года.

Вместе с тем, как в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, так и в обвинительном заключении при изложении существа обвинения дата совершения А. деяния указана верно. В судебном заседании А. виновным себя признал полностью, заявив, что второе преступление он совершил именно 28 сентября 2010 года.

При таких данных судебная коллегия окружного военного суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке пришла к выводу о том, что ошибка в указании месяца совершения преступления при дачи юридической оценки содеянного А. в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении является технической ошибкой и не может быть препятствием для принятия судом решения по делу, в связи с чем отменила постановление и возвратила уголовное дело для нового рассмотрения.

 

Похожая ошибка была допущена судьей Тульского гарнизонного военного суда, возвратившего уголовное дело по обвинению З. военному прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом на том основании, что в материалах уголовного дела отсутствовали постановления о принятии дела к производству следователем и о продлении срока предварительного следствия до 7 месяцев, чем были существенно нарушены конституционные права З. на судебную защиту, которые не могут быть восполнены в суде.

Вместе с тем как следовало из протокола судебного заседания, судом были приобщены к материалам дела копии постановлений о продлении срока предварительного следствия до семи месяцев и о принятии дела к производству, которые были исследованы в судебном заседании, при этом сторона защиты с приобщенными документами ознакомлена.

При таких данных, судебная коллегия по уголовным делам при рассмотрении дела в кассационном порядке пришла к выводу о том, что отсутствие данных документов в материалах уголовного дела до начала судебного разбирательства при их фактическом наличии и своевременном вынесении не является существенным нарушением уголовного процессуального закона, поскольку указанное нарушение было устранено и восполнено при рассмотрении дела в суде, и не является препятствием для принятия судом решения по существу на основании имеющегося в деле обвинительного заключения, в связи с чем постановление судьи отменила.

 

 

Описательно-мотивировочная часть обвинительного

приговора должна содержать описание преступного

деяния с указанием места, времени, способа его

совершения, формы вины, мотивов и другие обстоятельства, указывающие на совершение подсудимым преступного деяния, предусмотренного конкретной статьей Уголовного кодекса РФ

По приговору Калужского гарнизонного военного суда О. признан виновным в нарушении уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии между ними отношений подчиненности, связанным с унижением чести и достоинства потерпевшего, сопряженным с насилием.

Как указано в приговоре, 30 января 2011 года О. в помещении столовой воинской части, желая унизить честь и достоинство Б., нанес ему 5 ударов кулаками в голову, причинив физическую боль.

Таким образом, суд в приговоре не указал конкретные обстоятельства дела, указывающие на совершение О. преступления, предусмотренного ст. 335 УК РФ, а не преступления против жизни и здоровья человека, не привел требования Общевоинских уставов, которые он нарушил, обстоятельства, указывающие на отсутствие между осужденным и потерпевшим отношений подчиненности и другие данные о совершении О. преступления против военной службы.

В связи с нарушением уголовно-процессуального закона приговор был отменен в кассационном порядке.

 

 

Неудовлетворение ходатайств обвиняемых о проведении

предварительного слушания повлекли отмену постановления

судьи о назначении судебного заседания.

 

27 января 2011 года судьей Смоленского гарнизонного военного суда было вынесено постановление о судебного заседания без проведения предварительного слушания по уголовному делу в отношении В., М. и Г., которое было обжаловано в кассационном порядке подсудимым В.

При рассмотрении представленных материалов уголовного дела в кассационном порядке установлено, что после окончания ознакомления с делом обвиняемым В. были заявлены ходатайства, в том числе о признании ряда доказательств недопустимыми, в удовлетворении которых ему в установленном порядке было отказано следователем в тот же день.

В последующем, 11 января 2011 года, при вручении копии обвинительного заключения В. заявил ходатайство о проведении пред­варительного слушания.

При направлении уголовного дела в суд для рассмотрения военный прокурор Смоленского гарнизона указал о наличии ходатайств о проведении предварительных слушаний не только В., но и обвиняемым М.

Несмотря на то, что ходатайства о проведении предварительного слушания обвиняемыми были заявлены в полном соответствии с требованиями ч. 3 ст. 229 УПК РФ, судья вынес постановление о назначении судебного заседания без проведения предварительного слушания чем допустил существенное нарушение уголовно – процессуального закона, что могло повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в связи с чем постановление было отменено, а уголовное дело направлено на новое судебное разбирательство со стадии назначения его к слушанию.

 

В постановлении о назначении судебного заседания должны быть

указаны фамилия, имя, отчество каждого обвиняемого и

квалификация вмененного ему в вину преступления.

Судебной коллегией по уголовным делам окружного военного суда в кассационном порядке было отменено постановление судьи Московского гарнизонного военного суда о назначении судебного заседания по уголовному делу в отношении К., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, на том основании, что в постановлении было указано, что К. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Непредоставление подсудимому последнего слова является

безусловным основанием для отмены приговора

 

По приговору Одинцовского гарнизонного военного суда Б. признан виновным и осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 130 УК РФ.

При рассмотрении дела в суде кассационной инстанции было установлено, что судебное заседание после объявленного перерыва было назначено на 12 апреля 2011 года. В этот день было окончено судебное следствие, стороны выступили в судебных прениях, после чего суд удалился в совещательную комнату для постановления приговора, который был в тот же день провозглашен.

Данных о том, что подсудимому Б. предоставлялось последнее слово в протоколе судебного заседания не отражено, сам приговор датирован 13 апреля 2011 года, а протокол, согласно отметкам на нем, подписан председательствующим 18 марта 2011 года.

Допущенные судом существенные нарушения уголовно-процессуального закона явились основанием для отмены приговора и направления дела на новое судебное рассмотрение.

 

 

ОШИБКИ, СВЯЗАННЫЕ С НАЗНАЧЕНИЕМ

НАКАЗАНИЯ

Практика назначения наказаний виновным лицам в первом полугодии 2011 года по сравнению со вторым полугодием 2010 года практически не изменилась, в целом являлась правильной и характеризуется следующими показателями: к лишению свободы осуждено 142 человека или 24% от общего числа осужденных в полугодии; к направлению в дисциплинарную воинскую часть – 56 человек (9,5%), к условной мере наказания – 239 человек (40,4%), к штрафу – 148 человек (25%), к иным мерам наказания – 7 человек (1,2%).

Между тем, как и в прошлом полугодии более половины допущенных судами ошибок при рассмотрении уголовных дел были связаны именно с назначением виновным наказаний. При этом судьи, решая вопрос о наказании, зачастую учитывали лишь характер и степень общественной опасности совершенного преступления, игнорируя, либо, не дооценивая имеющиеся по делу положительные данные о личности виновного и обстоятельства, смягчающие наказание, которые в значительной степени снижали степень общественной опасности содеянного.

Так, по приговору Наро-Фоминскому гарнизонного военного суда младший сержант С. осужден по ч. 1 ст. 160 УК РФ к содержанию в дисциплинарной воинской части на срок шесть месяцев.

Он признан виновным в том, что взял у своего сослуживца во временное пользование мобильный телефон стоимостью 5692 рубля, а в последующем отказался его возвращать, распорядившись им по своему усмотрению, передав телефон другому лицу.

Назначая виновному за совершение преступления небольшой тяжести наказание в виде содержания в дисциплинарной воинской части, суд не привел в приговоре мотивы назначения этого наказания с реальным его отбыванием. Между тем С. ранее к уголовной ответственности не привлекался, характеризовался до призыва на военную службу и за время ее прохождения положительно, в содеянном чистосердечно раскаялся, полностью возместил потерпевшему материальный ущерб.

Учитывая мнение потерпевшего, простившего С. и просившего строго его не наказывать, судебная коллегия посчитала назначенное С. наказание не отвечающим принципам справедливости и гуманизма, приговор изменила и назначила С. наказание с применением ст. 73 УК РФ.

 

По приговору Солнечногорского гарнизонного военного суда капитан А. осужден по совокупности пяти преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, к лишению свободы на срок 4 года в колонии общего режима с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных полномочий на государственной службе, на срок 2 года.

Он признан виновным в том, что на протяжении сентября-октября 2010 года за различные упущения по службе применял к своим подчиненным насилие, нанося побои и унижая их человеческое достоинство.

Рассматривая данное уголовное дело в кассационном порядке и осуждая доводы кассационной жалобы защитника о назначении осужденному условного наказания, судебная коллегия в своем определении указала, что А. совершил пять тяжких преступлений, его преступная деятельность продолжалась длительное время и носила характер систематичности, его действия, связанные с применением к потерпевшим насилия, являлись дерзкими по своему содержанию и интенсивности, в связи с чем вывод суда первой инстанции о назначении осужденному наказания в виде реального лишения свободы признала правильным.

Вместе с тем, А. имеет на иждивении малолетнего ребенка, ранее ни в чем предосудительном замечен не был, к уголовной ответственности привлекался впервые, свою вину признал и в содеянном чистосердечно раскаялся, с мест учебы и жительства характеризовался положительно, постоянно испытывал эмоциональное и нервное напряжение, связанное с последствиями операции, болезнью родных и нахождением в районе боевых действий, применению насилия к потерпевшим, предшествовали их упущения по службе.

А. принял меры к возмещению потерпевшим морального вреда, которые просили сурово его не наказывать.

Эти обстоятельства, установленные судом первой инстанции, по мнению судебной коллегии, являлись исключительными, позволяющими сделать вывод о том, что исправление А. может быть достигнуто при его нахождении местах лишения свободы в более короткие сроки, чем это определил суд первой, в связи с чем приговор был изменен и осужденному назначено наказание по совокупности преступлений в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима на срок 2 года 6 месяцев.

 

 

По статьям уголовного закона, предусматривающим возможность применения дополнительного наказания по усмотрению суда, в приговоре следует указывать основания его применения с приведением соответствующих мотивов.

По приговору Наро-Фоминского гарнизонного военного суда был осужден военнослужащий Н. по ст. 161, ч. 2, п. «г», УК РФ. При этом вопреки разьяснениям пленума Верховного Суда РФ, изложенных в п. 39 постановления № 2 от 11 января 2007 года «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», суд по ч. 2 ст. 161 УК РФ, предусматривающей наказание в виде лишения свободы со штрафом либо без такового, суд назначил в качестве дополнительного наказания штраф, не приведя в приговоре мотивов принятого решения.

Кроме того процессуальные издержки, связанные с участием по делу переводчика в размере 164210 рублей, в нарушение требований ч. 3 ст. 132 УПК РФ судом были взысканы с осужденного, а не отнесены за счет федерального бюджета.

В связи с изложенным в приговор были внесены соответствующие изменения в кассационном порядке.

 

В практике гарнизонных военных судов продолжают повторяться ошибки, связанные с назначением дополнительных наказаний в виде лишения воинского звания, лишения права занимать определенные должности.

В первом полугодии 2011 года в кассационном порядке в связи с неправильным назначением этого наказания было изменено девять судебных решений по уголовным делам.

В связи с непрекращающимися ошибками окружным военным судом во все гарнизонные военные суды было направлено письмо (исх. № 36/3352 от 15 апреля 2011 года) с изложением рекомендаций по применению этого дополнительного наказания, приведены примерные формулировки, которые должны содержаться в приговоре при назначении наказания.

 

 

НАРУШЕНИЯ,СВЯЗАННЫЕ

С ГРАЖДАНСКИМ ИСКОМ

 

Вред, причиненный имуществу юридического лица,

подлежит возмещению в полном обьеме лицом,

причинившим вред.

По приговору Курского гарнизонного военного суда председатель регионального отделения «ДОСААФ России» полковник запаса Б. осужден по ч. 1 ст. 285 УК РФ к штрафу в размере 30000 рублей. Одновременно суд отказал в удовлетворении гражданского иска МО РФ к Б. о взыскании с него в пользу государства в лице МО РФ 874920 рублей.

Он признан виновным в том, что злоупотребляя своими служебными полномочиями, вопреки интересам службы, с целью получения денежных средств МО РФ для подчиненных ему структур и создания видимости благополучия в Курском областном совете РОСТО представил руководству Центрального совета РОСТО доклад и акт приемки-сдачи услуг, в которых отразил завышенные данные о подготовке специалистов по военно-учетным специальностям. В результате этих действий в Курский областной совет РОСТО за обучение и подготовку специалистов от МО РФ поступили денежные средства на 874920 рублей превышающие сумму, полагающуюся за обучение реально подготовленных специалистов.

Принимая решение об отказе в удовлетворении гражданского иска, суд указал, что иск предъявлен к ненадлежащему ответчику, поскольку получателем де­нежных средств Б. лично не являлся, в свою пользу или в пользу других лиц их не обращал. Так как получателем денежных средств являлся Курский областной совет РОСТО (ДОСААФ) исковые требования, по мнению суда первой инстанции, следует об­ращать к нему в порядке арбитражного судопроизводства.

Вместе с тем по делу установлено, ущерб в сумме 874 920 рублей причинен государству в результате умышленных действий осужденного, представившего недостоверные сведения о проделанной работе в довольствующий орган, что повлекло перечисление вышеназванных денежных средств в Курский областной совет РОСТО (ДОСААФ). Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. При таких данных гражданский иск вытекает из уголовного дела, предьявлен МО РФ к Б., признанному виновным в преступлении, обоснованно, а отказ суда в его удовлетворении не основан на законе.

По кассационной жалобе представителя гражданского истца приговор суда в части гражданского иска был отменен в кассационном порядке, а материалы уголовного дела в этой части были направлены на новое рассмотрение.

 

Если ответственность за причинение вреда застрахована в силу того,

что ее страхование обязательно, лицо, в пользу которого считается

заключенным договор страхования, вправе предьявить непосредственно

страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой

суммы.

Ивановским гарнизонным военным судом прапорщик К. был осужден на основании ч. 1 ст. 264 УК РФ к условному лишению свободы на срок 1 год. Одновременно судом был удовлетворен гражданский иск потерпевшей Л. о возмещении материального ущерба на сумму 75030 рублей, связанного с потерей заработка из-за состояния здоровья.

Отменяя приговор в части решения по гражданскому иску и направляя материалы уголовного дела в этой части на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции в определении указал следующее.

Исходя из положений статьи 1064 Гражданского кодекса РФ обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно ч. 4 ст. 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

При этом согласно п. 2 ст. 11 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" страхователь, к которому потерпевшим предъявлен иск, должен привлечь страховщика к участию в деле. В противном случае страховщик имеет право выдвинуть в отношении требования о страховой выплате возражения, которые он имел в отношении требований о возмещении причиненного вреда.

По смыслу данной правовой нормы, вопрос о возмещении вреда самим лицом, чья ответственность застрахована, решается в зависимости от выраженного им согласия на такое возмещение либо отсутствия такого намерения. В любом случае к участию в деле должен быть привлечен страховщик либо как 3-е лицо на стороне ответчика, либо как соответчик.

Исходя из существа института страхования Федеральный закон "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" имеет своей целью защитить не только права потерпевшего на возмещение вреда, но и интересы страхователя - причинителя вреда.

Таким образом, если страхователь, являющийся причинителем вреда, не выразил намерения лично возместить причиненный им вред, и по его требованию к участию в деле был привлечен страховщик, то независимо от того, настаивает ли потерпевший на возмещение вреда его причинителем, обязанность по возмещению вреда не может быть возложена на лицо, ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования.

Как следовало из материалов дела, К., возражая по взысканию с него материального ущерба, в том числе ссылался на то, что его ответственность как владельца источника повышенной опасности застрахована, что должно было быть учтено судом первой инстанции при рассмотрении спора в указанной части. Страховщик же судом к участию в рассмотрении иска не привлекался.

При таких данных решение суда по иску потерпевшей противоречило требованиям закона.

 

 

В целях совершенствования судебной деятельности

 

 

 

П Р Е Д Л А Г А Ю:

 

 

Настоящий обзор изучить с судьями на оперативных совещаниях, проанализировать причины приведенных и других, имеющихся в судебной работе, ошибок.

Дополнительно изучить постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 декабря 2010 года № 31 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации».

Принять необходимые меры по повышению качества осуществления правосудия, обратив особое внимание на вопросы, связанные с назначением наказаний.

 

 

Председатель Московского

окружного военного суда                                                                         Ю. А. Калиниченко

опубликовано 11.05.2012 13:04 (МСК), изменено 14.11.2012 11:50 (МСК)