Arms
 
развернуть
 
119002, г. Москва, Арбат, д. 37
Тел.: (499) 241-07-21
reception@movs.ru
показать на карте
119002, г. Москва, Арбат, д. 37Тел.: (499) 241-07-21reception@movs.ru

ДОКУМЕНТЫ СУДА
Обзор за 2-е полугодие 2014 года

О Б З О Р

судебной практики гарнизонных военных

судов Московского окружного военного суда

по гражданским делам за второе полугодие 2014 года

1.Общие сведения

За второе полугодие 2014 года гарнизонными военными судами Московского окружного военного суда разрешено 2812 заявлений (исков) военнослужащих и лиц, уволенных с военной службы. Кроме того, рассмотрено 983 заявления (иска) военных прокуроров в защиту нарушенных прав и свобод военнослужащих либо интересов воинских частей, 200 исков органов военного управления, командиров (начальников) воинских частей к военнослужащим и лицам, уволенным с военной службы, а также 114 заявлений (исков) граждан и организаций, не имеющих какого-либо отношения к военной службе.

Таким образом, всего за второе полугодие 2014 года судами было разрешено 4109 заявлений (исков), в том числе 2970 заявлений военнослужащих об оспаривании военнослужащими решений, действий органов военного управления и воинских должностных лиц.

Во втором полугодии 2013 года судами Московского окружного военного суда было разрешено 4504 заявления (иска) военнослужащих, 656 заявлений (исков) военных прокуроров, 131 иск органов военного управления к военнослужащим и лицам, уволенным с военной службы, и 257 заявлений (исков), поступивших от граждан и различных организаций, а всего – 5448 заявлений (исков), из них 3090 заявлений (исков) военнослужащих об оспаривании военнослужащими решений, действий органов военного управления и воинских должностных лиц.

Таким образом, за второе полугодие 2014 года военными судами округа рассмотрено на 1339 (24,6%) заявлений (исков) меньше, чем за второе полугодие 2013 года.

Средняя нагрузка на судью при рассмотрении гражданских дел в анализируемом периоде составила 6,1 дела в месяц.

Наибольшее количество гражданских дел (на чел.) рассмотрено Московским – 914 (1089), Тверским – 356 (378) и Тамбовским – 254 (255) гарнизонными военными судами.

Во втором полугодии 2014 года судебной коллегией по административным делам в апелляционном порядке рассмотрено  850 дел и материалов в отношении 919 человек (за второе полугодие 2013 года – 945 дел и материалов (в отношении 990 человек), то есть на 10,1% дел меньше.

В результате апелляционного рассмотрения окружным военным судом отменено 124 решения и определения в отношении 133 человек, а 8 решений в отношении 8 человек подверглись изменению.

Судебная практика по рассмотренным гражданским делам сводится к следующему.


 

2. Вопросы, связанные с прохождением военной службы

Военнослужащий, общая продолжительность военной службы

которого составляет 10 лет и более, нуждающийся в улучшении

жилищных условий по нормам, установленным федеральными

законами и иными нормативными правовыми актами РФ, без его

согласия не может быть уволен с военной службы по состоянию

здоровья без предоставления ему жилого помещения

или жилищной субсидии

Московским гарнизонным военным судом отказано в удовлетворении заявления бывшего военнослужащего воинской части старшего прапорщика запаса М. об оспаривании действий командира этой воинской части, связанных с исключением заявителя из списков личного состава воинской части.

М., заключивший первый контракт о прохождении военной службы до 1 января 1998 г., достигший общей продолжительности военной службы более 10 лет и признанный военно-врачебной комиссией ограниченно годным к военной службе, приказом командующего войсками Московского округа внутренних войск МВД России от 4 марта 2005 г. уволен с военной службы по состоянию здоровья. Приказом командира воинской части от 26 апреля 2005 г. заявитель освобожден от занимаемой воинской должности и в соответствии с подп. «и» п. 2 ст. 13 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента РФ от 16 сентября 1999 г. № 1237, с 5 апреля того же года зачислен в распоряжение названного должностного лица до обеспечения по последнему месту военной службы жилым помещением.

Приказом командира воинской части от 9 апреля 2014 г. М. исключен из списков личного состава воинской части с 23 апреля указанного года.

В своем заявлении М. просил отменить приказ командира воинской части от 9 апреля 2014 г., восстановить его в списках личного состава воинской части до получения жилья.

Отказывая в удовлетворении заявления М., суд первой инстанции исходил из того, что необеспеченность заявителя жилым помещением на момент исключения его из списков личного состава воинской части не влияет на законность оспариваемого им приказа командира воинской части от 9 апреля 2014 г., поскольку в силу п. 16 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, военнослужащий, уволенный с военной службы, на день исключения из списков личного состава воинской части должен быть окончательно рассчитан по денежному довольствию, продовольственному обеспечению и вещевому имуществу. Вопросы же обеспечения военнослужащих, нуждающихся в обеспечении жилыми помещениями, подлежат разрешению до издания приказа об увольнении таких военнослужащих с военной службы, который заявителем не оспаривается.

Вместе с тем судебная коллегия данный вывод суда первой инстанции нашла ошибочным по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных данным Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 23 этого же Федерального закона военнослужащие-граждане, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более, нуждающиеся в улучшении жилищных условий по нормам, установленным федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ, без их согласия не могут быть уволены с военной службы по состоянию здоровья без предоставления им жилых помещений или жилищной субсидии.

Подпунктом «б» п. 3 ст. 51 Федерального закона от 28 марта 1998 г. №53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» установлено, что военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, имеет право на досрочное увольнение с военной службы по состоянию здоровья – в связи с признанием военно-врачебной комиссией ограниченно годным к военной службе.

На основании п. 12 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы увольнение с военной службы военнослужащего в связи с признанием его военно-врачебной комиссией ограниченно годным к военной службе производится на основании рапорта.

Из смысла вышеприведенных норм следует, что наряду с указанием в рапорте согласия на увольнение по данному основанию, в нем должно быть выражено и согласие военнослужащего на увольнение с военной службы с одновременным его оставлением в списках очередников на получение жилых помещений по последнему перед увольнением месту военной службы.

Как усматривается из материалов гражданского дела, заявитель, признанный в 1995 году нуждающимся в жилом помещении и в 2004 году ограниченно годным к военной службе, в рапорте от 2 апреля 2004 г. просил командование части об увольнении с военной службы по состоянию здоровья. В данном рапорте М. дал согласие на освобождение от занимаемой им воинской должности и зачисление в распоряжение командира воинской части, а также просил не исключать его из списков личного состава воинской части до обеспечения жильем или выдачи жилищной субсидии.

Имеющимся в деле представлением командования воинской части на увольнение заявителя с военной службы от 31 января 2005 г. подтверждается, что М. просил не исключать его списков личного состава воинской части до обеспечения жилым помещением, а, следовательно, четко выраженного согласия на увольнение с военной службы с оставлением в списках нуждающихся в жилье не давал.

В силу ст. 38 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» окончанием военной службы считается дата исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части, что означает фактическое прекращение с военнослужащим воинских правоотношений.

Таким образом, поскольку М., признанный в установленном порядке нуждающимся в получении жилья, своего согласия на увольнение без обеспечения жилым помещением не давал, то оспариваемый им приказ командира воинской части от 9 апреля 2014 г. об исключении его из списков личного состава воинской части без обеспечения жильем, является незаконным, поскольку нарушает право заявителя на обеспечение жилым помещением, предоставляемым по договору социального найма или в собственность во время прохождения военной службы.

При таких обстоятельствах судебная коллегия решение суда отменила и приняла по делу новое решение об удовлетворении требований М. об отмене приказа должностного лица об исключении заявителя из списков личного состава воинской части.

Перевод к новому месту службы военнослужащего из-за состояния

здоровья жены возможен лишь при наличии заключения

военно-врачебной комиссии о невозможности проживания

в данной местности

Лейтенант З. проходит военную службу по контракту в дислоцирующейся в посёлке Мулино Нижегородской области воинской части на должности командира радиовзвода командного пункта ПВО.

3 февраля 2014 года он обратился к командованию воинской части с рапортом о переводе его к новому месту военной службы - в город Санкт-Петербург по семейным обстоятельствам - в связи с необходимостью ухода за супругой и наличием у неё медицинских противопоказаний для переезда к месту его службы. Тогда же им было представлено отношение начальника отдела кадров и строевого управления военных представительств Министерства обороны РФ о рассмотрении назначения его на воинскую должность инженера 192 военного представительства Министерства обороны РФ, которая является высшей по отношению к занимаемой им ныне должности.

Однако командир воинской части отказал в удовлетворении его рапорта.

З. обратился в суд с заявлением, в котором просил признать незаконными эти действия командира воинской части, и обязать его направить в соответствующий кадровый орган представление к назначению его на воинскую должность инженера 192 военного представительства Министерства обороны РФ.

Нижегородским гарнизонным военным судом в удовлетворении заявления отказано по следующим обстоятельствам.

Согласно п. 2 ст. 6 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащие, проходящие военную службу по контракту, имеют право на изменение места военной службы, в том числе на перевод в другую местность, в соответствии с заключенными ими контрактами, с учетом условий прохождения военной службы, состояния здоровья военнослужащих и членов их семей (на основании заключения военно-врачебной комиссии) и по иным основаниям, устанавливаемым Положением о порядке прохождения военной службы.

Пункты 1 и 5 ст. 15 Положения о порядке прохождения военной службы (далее - Положение), утвержденного Указом Президента РФ от 16 сентября 1999 г. № 1237, предусматривают возможность перевода проходящего военную службу по контракту военнослужащего к новому месту военной службы из одной воинской части в другую (в том числе находящуюся в другой местности) в пределах Вооруженных Сил РФ (других войск, воинских формирований или органов, воинских подразделений Государственной противопожарной службы), в том числе по семейным обстоятельствам по личной просьбе (для военнослужащих, проходящих военную службу по контракту).

При этом перевод военнослужащего к новому месту военной службы по семейным обстоятельствам производится в следующих случаях:

а) при невозможности проживания членов семьи военнослужащего (жена, муж, дети в возрасте до 18 лет, дети-учащиеся в возрасте до 23 лет, дети-инвалиды, а также иные лица, состоящие на иждивении военнослужащего и проживающие совместно с ним) в данной местности в соответствии с заключением военно-врачебной комиссии;

б) при необходимости постоянного ухода за проживающими отдельно отцом, матерью, родным братом, родной сестрой, дедушкой, бабушкой или усыновителем, не находящимися на полном государственном обеспечении и нуждающимися в соответствии с заключением органа государственной службы медико-социальной экспертизы по их месту жительства в постоянном постороннем уходе (помощи, надзоре).

Из рапорта З. от 3 февраля 2014 г. следует, что он просит командование воинской части перевести его к новому месту военной службы в город Санкт-Петербург по семейным обстоятельствам, выражающимся в состоянии здоровья его супруги и имеющей заболевание, из-за которого ей противопоказана смена климатических условий.

Согласно копии справки лечащего врача одной из городских поликлиник Петроградского района города Санкт-Петербурга З. (супруга заявителя) страдает бронхиальной астмой. По состоянию здоровья ей противопоказана смена климатических условий.

Иных данных, в том числе о дате выдачи, приведенная справка не содержит.

Заявитель З., согласно протоколу судебного заседания, не смог привести обоснований получения его супругой справки не по месту её жительства в Выборгском районе города Санкт-Петербурга и пояснил, что других медицинских документов о состоянии здоровья своей супруги он представить не может.

Поскольку оцениваемая справка не обладает статусом заключения военно-врачебной комиссии, требующегося в исследуемой ситуации согласно приведённым выше правовым нормам, а также не обладает необходимой полнотой данных о состоянии здоровья супруги заявителя, суд пришел к правильному выводу об отсутствии надлежащих доказательств обоснования перевода З. к новому месту военной службы в город Санкт-Петербург по семейным обстоятельствам.

Из представленной заявителем и имеющейся в материалах дела копии отношения от 14 января 2014 г. следует, что начальник отдела кадров и строевого Управления военных представительств Министерства обороны РФ просит командира воинской части оформить представление к назначению З. на воинскую должность инженера 192 военного представительства Министерства обороны РФ в г. Санкт-Петербург.

Каких-либо документов, послуживших основанием для изготовления указанного отношения, в том числе, подтверждающих факт обращения заявителя и к командованию воинской части, и к руководству 192 военного представительства Министерства обороны РФ для получения отношения, З. суду представлено не было.

Более того, согласно полученному по запросу суда сообщению начальника 192 военного представительства Министерства обороны РФ от 25 апреля 2014 г. названным учреждением отношение З. не выдавалось.

Представитель командира воинской части, согласно протоколу судебного заседания, пояснил суду, что аттестационной комиссией воинской части З. никогда не рекомендовался для назначения на высшую должность, ему не выдавалось никаких документов для обращения в аттестационную комиссию другой воинской части, а о наличии у З. отношения к назначению на новую должность командование воинской части узнало только при фактическом предъявлении заявителем этого отношения. Кроме того, по мнению командования воинской части, заявителю, находящемуся на занимаемой им должности непродолжительное время, преждевременно претендовать на высшую должность.

Согласно ст. 43 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» назначение на воинские должности и освобождение от воинских должностей осуществляются: военнослужащих, для которых штатом предусмотрены воинские звания высших офицеров, - указами Президента РФ; остальных военнослужащих - в порядке, установленном Положением о порядке прохождения военной службы.

Статьей 11 Положения определено, что назначение военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, на высшую воинскую должность производится в порядке продвижения по службе, а также по итогам конкурса.

Преимущественное право при назначении на высшую воинскую
должность предоставляется военнослужащему, рекомендованному на такую
воинскую должность аттестационной комиссией воинской части, в которой он проходит военную службу, проявившему при исполнении обязанностей
военной службы высокие профессиональные качества и организаторские
способности или ранее назначенному на низшую воинскую должность в связи с организационно-штатными мероприятиями.

Пунктом 10 Инструкции по организации прохождения военной службы офицерами и прапорщиками (мичманами) в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденной приказом Министра обороны РФ от 30 сентября 2002 года № 350, предусмотрено, что военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, вправе предложить на рассмотрение соответствующей аттестационной комиссии свою кандидатуру для назначения на освобождающуюся или вакантную воинскую должность. При этом он представляет соответствующему командиру (начальнику) рапорт с ходатайством о рассмотрении его кандидатуры, копию последнего аттестационного листа с отзывом и копию служебной карточки. Аттестационная комиссия воинской части, рассмотрев кандидатуры военнослужащих своей воинской части, а также документы других военнослужащих, дает заключение по рассмотренным кандидатурам. В случае, если аттестационной комиссией воинской части предлагается к назначению на воинскую должность военнослужащий другой воинской части, то по решению командира (начальника) этой воинской части на имя командира (начальника) воинской части, где проходит военную службу отобранный кандидат, высылается отношение установленной формы.

Из приведённых правовых норм следует, что военнослужащий вправе предложить свою кандидатуру для назначения на высшую должность в другую воинскую часть, представив при этом командованию этой воинской части характеризующие его данные, которые подлежат оценке аттестационной комиссией новой воинской части.

Характеризующие военнослужащего данные (аттестационный лист с отзывом, служебная карточка) изготавливаются и заверяются командованием воинской части, в которой проходит службу военнослужащий, а их представление командованию новой воинской части является обязательным условием участия военнослужащего в конкурсе на замещение высшей вакантной должности.

Мнение командования воинской части, в которой проходит службу военнослужащий, надлежит учитывать при назначении его на высшую воинскую должность в порядке продвижения по службе, то есть командир воинской части не может быть исключён из процесса оценки военнослужащего при выдвижении последним своей кандидатуры для назначения на высшую должность.

Поскольку командир воинской части с целью перевода заявителя по службе не давал какой-либо оценки служебной деятельности З. и не направлял в 192 военное представительство Министерства обороны РФ никаких характеризующих заявителя документов, то есть фактически был лишён возможности выразить своё мнение о возможности назначения З. на высшую воинскую должность, суд пришел к правильному выводу о невозможности положить в основу решения указанное ранее отношение, как обстоятельство, обязывающее командира воинской части представить З. к назначению на высшую должность в 192 военное представительство Министерства обороны РФ.

Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии у З. каких-либо правовых оснований для перевода его к новому месту военной службы в 192 военное представительство Министерства обороны РФ, дислоцирующееся в городе Санкт-Петербурге, а поэтому суд обоснованно отказал в удовлетворении заявления.

Получение военнослужащим во исполнение решения суда

денежных средств, не является основанием для восстановления

его в списках личного состава воинской части

Решением Московского гарнизонного военного суда, оставленным без изменения апелляционным определением, отказано в удовлетворении заявления полковника в отставке В. об оспаривании действий Министра обороны РФ, связанных с исключением заявителя из списков личного состава воинской части.

В., проходящий военную службу по контракту и состоящий в распоряжении главнокомандующего Сухопутными войсками, приказом Министра обороны РФ от 21 июня 2013 г. был уволен с военной службы по основанию, предусмотренному подп. «в» п. 1 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» (по состоянию здоровья). После чего приказом Министра обороны РФ от 29 июня 2013 г. с 6 июля того же года исключен из списков личного состава воинской части.

Приказом Министра обороны РФ от 12 декабря 2013 г. на основании вступившего в законную силу решения Московского гарнизонного военного суда от 13 ноября 2013 г. в приказ от 29 июня 2013 г. внесены изменения в части даты исключения заявителя из списков личного состава воинской части и выплаты ему единовременного денежного пособия при увольнении с военной службы. В связи с чем В. полагается исключенным из списков личного состава воинской части с 10 июля 2013 г., также ему установлены к выплате денежное довольствие за период с 7 по 10 июля 2013г. как военнослужащему, состоящему в распоряжении воинского должностного лица, и единовременное пособие при увольнении с военной службы с учетом доплаты одного оклада денежного содержания как награжденному юбилейной медалью «70 лет Вооруженных Сил СССР».

Установленные указанным приказом выплаты произведены заявителю 16 декабря 2013 г.

Полагая свои права на получение денежного довольствия нарушенными, В. обратился в суд с заявлением, в котором просил признать незаконными и отменить приказы Министра обороны РФ от 29 июня и от 12 декабря 2013 г. об исключении его из списков личного состава воинской части с 10 июля 2013 г. и восстановить его в списках личного состава воинской части до восстановления нарушенных прав.

Из вступившего в законную силу решения Московского гарнизонного военного суда от 13 ноября 2013 г. следует, что поскольку В. был исключен из списков личного состава воинской части с 6 июля 2013 г., а денежное довольствие, единовременное пособие при увольнении с военной службы и денежная компенсация за вещевое имущество ему были выплачены только 10 июля 2013 г., суд пришел к выводу о нарушении права заявителя на своевременное обеспечение положенными видами довольствия при исключении его из списков личного состава воинской части и обязал Министра обороны РФ внести изменения в приказ (по строевой части) от 29 июня 2013 г. в части, касающейся заявителя, изменив дату его исключения из списков личного состава воинской части с 6 на 10 июля 2013 г., установив ему к выплате денежное довольствие за период с 7 по 10 июля 2013 года как военнослужащему, состоящему в распоряжении воинского должностного лица, и единовременное пособие при увольнении с военной службы в размере одного оклада денежного содержания, как награжденному юбилейной медалью «70 лет Вооруженных Сил СССР».

Кроме того, суд возложил на руководителя федерального казенного учреждения «Единый расчетный центр Министерства обороны Российской Федерации» обязанность выплатить В. денежное довольствие за период с 7 по 10 июля 2013 г., как военнослужащему, состоящему в распоряжении воинского должностного лица и единовременное пособие при увольнении с военной службы в размере одного оклада денежного содержания, как награжденному юбилейной медалью «70 лет Вооруженных Сил СССР».

Согласно приказу Министра обороны РФ от 12 декабря 2013 г. на основании вступившего в законную силу решения Московского гарнизонного военного суда от 13 ноября 2013 г. в приказ от 29 июня 2013 г. внесены изменения в части даты исключения В. из списков личного состава воинской части и выплаты ему единовременного денежного пособия при увольнении с военной службы, как награжденному юбилейной медалью «70 лет Вооруженных Сил СССР».

На основании изложенного, суд пришел к правильному выводу о том, что возложение судом решением от 13 ноября 2013 года на руководителя федерального казенного учреждения «Единый расчетный центр Министерства обороны Российской Федерации» обязанности выплатить В. денежное довольствие за период с 7 по 10 июля 2013 г. и единовременное пособие при увольнении с военной службы в размере одного оклада денежного содержания, как награжденному юбилейной медалью «70 лет Вооруженных Сил СССР» не может являться основанием для отмены оспоренных В. приказов Министра обороны РФ от 29 июня и от 12 декабря 2013г. об исключении его из списков личного состава, поскольку названные выплаты являлись спорными, в связи с чем он и обратился в суд с заявлением.

Получение В. на основании решения суда от 13 ноября 2013 г. денежных средств 16 декабря того же года, не является основанием для восстановления его в списках личного состава воинской части, поскольку является результатом исполнения вступившего в законную силу решения суда и не влечет за собой восстановления в списках личного состава воинской части.

Цель профессиональной переподготовки – обучение

военнослужащих новому виду деятельности, приобретения ими новой квалификации в рамках ранее полученного

профессионального образования

В связи с предстоящим увольнением с военной службы по организационно-штатным мероприятиям в сентябре 2013 г. старший лейтенант Д. обратился к командиру воинской части с рапортом о направлении его на профессиональную переподготовку в Военный университет Министерства обороны РФ (далее – университет) по программе обучения «юриспруденция». В декабре 2013 года командиром воинской части соответствующие документы были направлены в университет. Однако в январе 2014 года начальником университета Д. отказано в прохождении профессиональной переподготовки ввиду отсутствия у заявителя ранее полученного профильного образования.

Д. в связи с этим обратился в Наро-Фоминский гарнизонный военный суд и просил обязать командира воинской части подготовить документы для направления его на переподготовку, а начальника университета – организовать её по избранной им специальности «юриспруденция».

Отказывая Д. в удовлетворении заявления, суд первой инстанции, сославшись на п. 4 ст. 19 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» и п. 1 Порядка и условий профессиональной переподготовки по одной из гражданских специальностей военнослужащих - граждан Российской Федерации, проходящих военную службу по контракту, утверждённого приказом Министра обороны РФ от 18 марта 2009 г. № 95, верно исходил из того, что названная переподготовка осуществляется военным образовательным учреждением по дополнительным профессиональным образовательным программам, которые обеспечивают совершенствование знаний военных специалистов для выполнения нового вида профессиональной деятельности в рамках одной из гражданских специальностей, а также по программам профессиональной подготовки в целях ускоренного приобретения военнослужащими навыков, необходимых для выполнения определённой работы. Профессиональная переподготовка проводится с учётом уровня и профиля ранее полученного военнослужащими образования и имеет целью совершенствование знаний военных специалистов для их применения в рамках гражданской специальности.

Кроме того, в соответствии с ч. 5 ст. 76 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» программа профессиональной переподготовки направлена на получение компетенции, необходимой для выполнения нового вида профессиональной деятельности, приобретение новой квалификации.

Пункты 5 и 12 статьи 2 этого же закона раскрывают понятия квалификации и профессионального образования. Квалификация – это уровень знаний, умений, навыков и компетенции, характеризующий подготовленность к выполнению определённого вида профессиональной деятельности, а профессиональное образование – это вид образования, который направлен на приобретение обучающимися в процессе освоения основных профессиональных образовательных программ знаний, умений, навыков и формирование компетенции определённых уровня и объёма, позволяющих вести профессиональную деятельность в определенной сфере и (или) выполнять работу по конкретным профессии или специальности.

Таким образом, профессиональная переподготовка преследует цель обучения военнослужащих новому виду деятельности, приобретения ими новой квалификации в рамках ранее полученного профессионального образования.

Вместе с тем судом установлено, что Д. в 2005 году окончил Екатеринбургское артиллерийское командное училище, имеет квалификацию инженер по специальности «электромеханика», а в 2012 году – Курскую академию государственной и муниципальной службы по специальности «таможенное дело» и специализации «специалист таможенного дела». Избранная же им специализация «юриспруденция» не соответствует полученному военному образованию и не направлена на адаптацию его профессиональных знаний к условиям гражданской жизни. Полученное заявителем второе высшее образование в академии по специальности «таможенное дело», не использовалось им при прохождении военной службы, не является военным специальным образованием и не требует профессиональной переподготовки для его применения вне военной службы.

При рассмотрении в апелляционном порядке решение гарнизонного военного суда оставлено без изменения.

Отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трёх лет

может быть предоставлен бабушке – военнослужащей ребёнка, в том случае, если она фактически осуществляет уход за ним, и в силу

закона или иных объективных обстоятельств, этот отпуск не может быть предоставлен родителям ребёнка

9 октября 2013 г. у старшего прапорщика П. родился внук Г.Е., а 12 октября того же года мать ребёнка, являвшаяся дочерью заявителя, умерла. Поскольку отцу ребёнка Г.Ю., проходящему военную службу по контракту в той же воинской части, что и заявитель, не может быть предоставлен отпуск по уходу за ребёнком, П. 2 апреля 2014 г. обратилась к командиру воинской части с рапортом о предоставлении ей указанного отпуска до достижения ребёнком возраста трёх лет. Однако командиром воинской части в удовлетворении просьбы отказано.

П. обратилась в суд с заявлением, в котором просила признать данный отказ незаконным.

235 гарнизонный военный суд в удовлетворении заявления П. отказал.

Отменяя решение суда и вынося решение об удовлетворении требований заявителя, суд апелляционной инстанции принял во внимание следующее.

В соответствии с п. 13 ст. 11 Федерального закона от 27 мая 1998г. №76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее – Закон) военнослужащим женского пола предоставляются отпуск по беременности и родам, а также отпуск по уходу за ребёнком в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Согласно ст. 32 Положения о порядке прохождения военной службы (далее - Положение), утверждённого Указом Президента РФ от 16 сентября 1999 г. № 1237 военнослужащим женского пола предоставляются отпуск по беременности и родам, а также отпуск по уходу за ребёнком в порядке, установленном федеральными законами, настоящим Положением и иными нормативными правовыми актами РФ. При этом на них распространяются дополнительные льготы, гарантии и компенсации, установленные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Военнослужащему женского пола по его желанию предоставляется отпуск по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет. Во время отпуска по уходу за ребёнком за военнослужащим женского пола сохраняется место военной службы и воинская должность.

Военнослужащему мужского пола, проходящему военную службу по контракту, по его просьбе однократно предоставляется дополнительный отпуск сроком до трёх месяцев в случае смерти жены при родах, а также если он воспитывает одного или нескольких детей в возрасте до 14 лет (детей-инвалидов в возрасте до 16 лет) без матери (в случае её смерти или гибели, лишения её родительских прав, длительного её пребывания в лечебном учреждении и в других случаях отсутствия материнского попечения о детях).

Действительно, как указал суд первой инстанции, приведённые нормы, исходя из их содержания, предусматривают в качестве гарантии и льготы при прохождении военной службы отпуск по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет, который предоставляется военнослужащим женщинам в связи с их материнством.

Указания на то, что данная льгота распространяется на других родственников ребёнка, являющихся военнослужащими женского пола, проходящими военную службу по контракту, даже в случае воспитания ребёнка без матери, действующее законодательство, регулирующее порядок прохождения военной службы, не содержит.

При этом в силу статьи 11 Трудового кодекса РФ, согласно которой трудовое законодательство и иные акты, содержащие нормы трудового права, на военнослужащих при исполнении ими обязанностей военной службы не распространяются (если в установленном настоящим Кодексом порядке они одновременно не выступают в качестве работодателей или их представителей), положения статьи 256 Трудового кодекса РФ в отношении военнослужащих не применяются.

Вместе с тем статьёй 38 Конституции РФ, статьёй 1 Семейного кодекса РФ, а также общепризнанными принципами и нормами международного права, в частности статьёй 3 Конвенции о правах ребёнка, одобренной Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 г. и вступившей в силу в силу для СССР 15 сентября 1990 г., установлены гарантии прав и законных интересов детей.

В силу указанных правовых норм, материнство и детство, семья находятся под защитой государства, которое обязано обеспечить ребёнку защиту и заботу, необходимые для его благополучия и развития, принимая во внимание права и обязанности его родителей, опекунов или других лиц, несущих за него ответственность по закону, и с этой целью государство должно принимать все соответствующие законодательные и административные меры.

Согласно п. 1 ст. 4 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» целями государственной политики в интересах детей являются осуществление прав детей, предусмотренных Конституцией РФ, недопущение их дискриминации, упрочение основных гарантий прав и законных интересов детей, а также восстановление их прав в случаях нарушений.

Помимо этого, в постановлении Конституционного Суда РФ от 18 июля 2013 г. № 19-П отмечается, что обеспечение благополучного и защищённого детства как конституционно признаваемая обязанность государства, вытекающая из статей 7 (часть 2) и 38 (часть 1) Конституции РФ, требует разработки и проведения эффективной правовой политики в этой области, направленной на недопущение дискриминации несовершеннолетних, упрочение гарантий их прав и законных интересов, а также восстановление этих прав в случаях их нарушения, формирование правовых основ гарантий прав ребёнка, защиту детей от факторов, негативно влияющих на их физическое, интеллектуальное, психическое, духовное и нравственное развитие.

Из материалов дела следует, что отец Г.Е. является военнослужащим по контракту и в силу закона отпуск по уходу за ребёнком ему предоставлен быть не может. Фактический уход за внуком ввиду смерти его матери осуществляет заявитель. Сведений о том, что имеются иные лица, кроме П., которые могли бы осуществлять надлежащий уход за ребёнком, материалы дела не содержат.

Исходя из приведённых выше норм и обстоятельств дела, при отсутствии прямого указания в нормативных актах, регулирующих порядок прохождения военной службы, на предоставление отпуска по уходу за ребёнком военнослужащей женского пола, являющей его бабушкой, и невозможности предоставления такого отпуска в силу закона отцу ребёнка, в целях защиты его интересов суду при разрешении настоящего гражданского дела надлежало руководствоваться конституционными нормами и нормами международного права.

3. Жилищное обеспечение

Военнослужащий, который на весь период военной службы

обеспечивается служебным жилым помещением и не

планирующийся к увольнению не может быть обеспечен жилым

помещением для постоянного проживания по избранному месту

жительства даже при наличии выслуги лет на

военной службе более 20 лет

Подполковник В. оспорил в Воронежском гарнизонном военном суде решение начальника 3 отдела (г. Воронеж) ФГУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации (далее - отдел ЗРУЖО) ЗРУЖО от 5 марта 2014 г., которым заявителю отказано в предоставлении распределенной трехкомнатной квартиры в городе Воронеже по договору социального найма на состав семьи три человека в связи с тем, что он относится к категории военнослужащих, обеспечиваемых на весь период военной службы служебными жилыми помещениями.

Гарнизонный военный суд пришел к выводу о том, что, поскольку заявитель к 11 октября 2013 года - дате принятия решения о постановке его на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, уже имел 20 лет общей продолжительности военной службы в календарном исчислении, то он имел право находится на данном учете и имеет право на получение жилого помещения в собственность бесплатно или по договору социального найма по избранному им месту жительства. Поэтому заявление удовлетворил, сославшись на абз. 12 п. 1 ст.15 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих».

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение гарнизонного военного суда и принимая новое решение об отказе в удовлетворении требований заявителя сослался на следующие обстоятельства.

В. заключил первый контракт о прохождении военной службы 15 ноября 1994 г. на время обучения в институте и 5 лет военной службы после его окончания. 12 июня 1998 г. ему было присвоено воинское звание «лейтенант» и он также был назначен на воинскую должность командира взвода.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями обеспечиваются военнослужащие, назначенные на воинские должности после получения профессионального образования в военной профессиональной образовательной организации или военной образовательной организации высшего образования и получения в связи с этим офицерского воинского звания (начиная с 1998 года), и совместно проживающие с ними члены их семей.

Военнослужащим - гражданам, обеспечиваемым на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями и признанным нуждающимися в жилых помещениях, по достижении общей продолжительности военной службы 20 лет и более, а при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности военной службы 10 лет и более федеральным органом исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, предоставляются жилищная субсидия или жилые помещения, находящиеся в федеральной собственности, по выбору указанных граждан в собственность бесплатно или по договору социального найма с указанным федеральным органом исполнительной власти именно только по избранному постоянному месту жительства и в соответствии с нормами предоставления площади жилого помещения, предусмотренными статьей 15.1 настоящего Федерального закона.

Согласно п. 3 ст. 6 этого Федерального закона военнослужащие, проходящие военную службу по контракту, только при увольнении с военной службы имеют право на выбор постоянного места жительства в любом населенном пункте РФ или в другом государстве в соответствии с федеральными законами, иными нормативными правовыми актами РФ и международными договорами РФ.

По смыслу ст. 51 ЖК РФ, ст. 6, п. 1 ст. 15, ст. 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих» правом на обеспечение жильем по избранному месту жительства обладают лишь те военнослужащие, общая продолжительность военной службы которых составляет 20 лет и более, увольняемые с военной службы, а также военнослужащие общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более при увольнении с военной службы по возрасту, состоянию здоровья и в связи с организационно-штатными мероприятиями, то есть те категории военнослужащих, к которым В. не относится.

Реализовать право на получение в таком порядке жилья возможно лишь в процессе увольнения по соответствующему основанию и по достижении общей продолжительности военной службы 20 лет и более, что прямо вытекает из положений абз. 12 п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих».

При таких данных и, поскольку заявитель увольняемым в настоящее время и до конца 2014 года не является, что подтверждается материалами дела и, в частности справкой командования с его места службы, то он не имеет права на получение в период прохождения военной службы жилого помещения для постоянного проживания, в том числе по избранному месту жительства, а поэтому вывод суда первой инстанции о неправомерности решения начальника отдела ЗРУЖО от 5 марта 2014 г. об отказе заявителю в предоставлении распределенной квартиры, является неправильным.

Для признания военнослужащего нуждающимся в жилье в

избранном после увольнения месте жительства, применяется

учетная норма площади жилого помещения, установленная в

соответствии с законодательством РФ в избранном

военнослужащим постоянном месте жительства

Прапорщик К. оспорил в суде решение начальника Тамбовского отделения (заселения) Федерального государственного казенного учреждения «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации (далее - РУЖО МО РФ) от 30 января 2014 г., которым он и члены семьи (он, жена, и два сына 1986 и 1993 г. рождения) сняты с учета нуждающихся в жилых помещениях в связи с утратой им оснований, дающих право на получение жилого помещения по договору социального найма, поскольку заявитель и члены его семьи обеспечены жилым помещением по месту прохождения им военной службы более учетной нормы.

Он просил признать это решение должностного лица незаконным и восстановить его и членов его семьи на учете нуждающихся в получении жилого помещения.

Тамбовским гарнизонным военным судом в удовлетворении заявления К. отказано по следующим обстоятельствам.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Федерального закона от 27 мая 1998 г. №76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие - граждане, проходящие военную службу по контракту, в период прохождения ими военной службы имеют право на улучшение жилищных условий с учетом норм, оче­редности и социальных гарантий, установленных федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Из содержания п. 2 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ следует, что наличие у граждан, в том числе и военнослужащих, жилых помещений по договору социального найма или в собственности само по себе не является основанием для отказа в признании их нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма. Предоставление указанной категории граждан жилых помещений по договору социального найма возможно в случае признания их нуждающимися в получении жилья, в том числе в связи с наличием у них в собственности или на условиях договора социального найма жилых помещений менее учётной нормы.

Пунктом 3 Инструкции о предоставлении военнослужащим - гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, жилых помещений по договору социального найма, утвержденной приказом Министра обороны РФ от 30 сентября 2010 г. № 1280, определено, что признание военнослужащих нуждающимися в жилых помещениях осуществляется уполномоченным органом в соответствии со ст. 51 ЖК РФ и с учетной нормой площади жилого помещения, установленной органом местного самоуправления, но не более 18 кв. м общей площади жилого помещения на одного человека.

Из материалов дела следует, что К. с 1995 года по настоящее время зарегистрирован в квартире, расположенной по адресу: город Тамбов, ул. Р. кв. №1, общей площадью 63,1 кв.м. В указанной квартире помимо заявителя зарегистрированы и проживают: Л.А.В. (теща заявителя), К.Г.В. (Л.) (супруга), К.Ев. - 1993 года рождения (сын заявителя). В 2005 году К. отказался от своего права на приватизацию указанной квартиры в пользу членов своей семьи. В июне 2013 года он расторг брак. Таким образом, на заявителя приходится 15,77 кв.м. общей площади жилого помещения.

Согласно действующим в настоящее время в части, не противоречащей законодательству РФ, Правилам учета военнослужащих, подлежащих увольнению с военной службы, и граждан, уволенных с военной службы в запас или в отставку и службы в органах внутренних дел, военнослужащих и сотрудников государственной противопожарной службы, нуждающихся в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий в избранном постоянном месте жительства, утвержденным постановлением Правительства РФ от 6 сентября 1998 г. № 1054 (далее - Правила) по смыслу п. 4, п.7 подп. «б», п. 14 и 16 Правил для признания военнослужащего нуждающимся в получении жилого помещения или улучшении жилищных условий в избранном постоянном месте жительства, органы местного самоуправления, принимая соответствующее решение, учитывали социальную норму общей площади жилого помещения, установленную законодательством РФ и органами исполнительной власти субъектов РФ.

Следовательно, для признания военнослужащих нуждающимися в жилье в избранном после увольнения месте жительства, органами местного самоуправления (в настоящее время уполномоченным органом) также применялась учетная норма площади жилого помещения, установленная в соответствии с законодательством Российской Федерации в избранном военно­служащим постоянном месте жительства.

Из материалов дела следует, что К. избрал для постоянного проживания после увольнения с военной службы город Чехов Московской области.

Решением Тамбовской городской Думы от 30 марта 2005 г. № 675 «Об установлении нормы предоставления площади жилого помещения по договору социального найма и учетной нормы площади жилого помещения в городе Тамбове» установлена учетная норма площади жилого помещения в целях принятия граждан на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях в городе Тамбове не более 14 кв.м. общей площади жилого помещения на одного человека.

Решением Совета депутатов города Чехова Московской области от 23 октября 2008 г. № 56/9 «О норме предоставления и учетной норме площади жилого помещения в городе Чехов» определена учетная норма в размере 10 кв.м. общей площади жилого помещения на одного человека.

Таким образом, К. как по месту прохождения военной службы в городе Тамбове, так и по избранному им постоянному месту жительства после увольнения с военной службы в городе Чехов Московской области обеспечен жильем более установленной учетной нормы площади жилого помещения.

На основании изложенного, вопреки мнению, выраженному в апелляционной жалобе, суд пришел к правильному выводу о том, что начальник РУЖО МО РФ решением от 30 января 2014 г. обоснованно снял К. с учета нуждающихся в жилых помещениях, поскольку он обеспечен жилым помещением по месту прохождения им военной службы более учетной нормы, что исключает право состоять на учете нуждающихся в жилых помещениях по договору социального найма в избранном им постоянном месте жительства после увольнения с военной службы в городе Чехов Московской области.

Судом апелляционной инстанции решение суда оставлено без изменения.

Условием выплаты военнослужащему денежной компенсации за

поднаем жилого помещения является подтвержденное право на

получение служебных жилых помещений, или получение жилых

помещений по договору социального найма по месту прохождения

военной службы

Подполковнику Т., за период с февраля по апрель 2014 года не выплачена компенсация за наем жилого помещения.

Полагая свои права нарушенными, Т. обратился в суд с заявлением, в котором просил признать эти действия руководителя Управления и начальника арсенала РАВ воинской части (далее – арсенал), связанных с невыплатой денежной компенсации за наем жилого помещения (далее – компенсация) и обязать начальника арсенала РАВ издать приказы о выплате ему денежной компенсации за наем жилого помещения за февраль-апрель 2014 года.

Заявитель также просил суд взыскать с Управления в его пользу 10 800 руб. в качестве денежной компенсации за наем жилого помещения за февраль – апрель 2014 года.

Брянский гарнизонный военный суд требования Т. удовлетворил, исходя из того, что у заявителя, признанного нуждающимся в получении жилого помещения по избранному месту жительства, не совпадающему с местом военной службы, отсутствовало жилое помещение по месту прохождения им военной службы, а у командира – реальная возможность обеспечить данного военнослужащего служебным жильем или общежитием.

Однако, суд первой инстанции не принял во внимание следующие обстоятельства.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Федерального закона от 27 мая 1998г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее – Закон) государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета.

Военнослужащим-гражданам, проходящим военную службу по контракту, и совместно проживающим с ними членам их семей предоставляются не позднее трехмесячного срока со дня прибытия на новое место военной службы служебные жилые помещения по нормам и в порядке, которые предусмотрены федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Служебные жилые помещения предоставляются в населенных пунктах, в которых располагаются воинские части, а при отсутствии возможности предоставить служебные жилые помещения в указанных населенных пунктах – в других близлежащих населенных пунктах.

Согласно п. 3 ст. 15 Закона военнослужащие, проходящие военную службу по контракту, и члены их семей, до получения жилых помещений по нормам, установленным федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ, регистрируются по месту жительства, в том числе по их просьбе по адресам воинских частей. Указанным военнослужащим и членам их семей до получения жилых помещений предоставляются служебные жилые помещения, пригодные для временного проживания, жилые помещения маневренного фонда или общежития.

В случае отсутствия указанных жилых помещений воинские части арендуют жилые помещения для обеспечения военнослужащих и совместно проживающих с ними членов их семей или по желанию военнослужащих ежемесячно выплачивают им денежную компенсацию за наем (поднаем) жилых помещений в порядке и размерах, которые определяются Правительством РФ.

В силу п. 2 Положения о выплате денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений военнослужащим-гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту, и членам их семей, утвержденному постановлением Правительства РФ от 31декабря 2004 г. №909, и п. 12 Инструкции о мерах по реализации в Вооруженных Силах Российской Федерации постановления Правительства Российской Федерации от 31 декабря 2004 г. № 909, утвержденной приказом Министра обороны РФ от 16 июня 2005 г. № 235, в случае невозможности обеспечения жилыми помещениями в соответствии с законодательством РФ по желанию военнослужащих им ежемесячно выплачивается денежная компенсация за счет средств, выделяемых из федерального бюджета на эти цели Министерству обороны РФ, в размере, предусмотренном договором найма (поднайма) жилья, но не более установленных размеров.

В соответствии с п. 2 Инструкции о предоставлении военнослужащим-гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, служебных жилых помещений, утвержденной приказом Министра обороны РФ от 30 сентября 2010 г. № 1280 (далее – Инструкция), для получения служебного жилого помещения военнослужащие подают соответствующее заявление в структурное подразделение уполномоченного Министром обороны РФ органа, к которому прикладываются: копии документов, удостоверяющие личность военнослужащих и членов их семей (паспортов с данными о регистрации по месту жительства, свидетельств о рождении лиц, не имеющих паспортов); справка о прохождении военной службы; справка о составе семьи; копии свидетельств о заключении (расторжении) брака – при состоянии в браке (расторжении брака); сведения о наличии (отсутствии) жилых помещений, занимаемых по договорам социального найма и (или) принадлежащих на праве собственности военнослужащему и членам его семьи; справка о сдаче служебного жилого помещения (необеспеченности служебным жилым помещением) по прежнему месту военной службы (в том числе жилого помещения маневренного фонда или в общежитии).

Таким образом, законодательство связывает выплату денежной компенсации за поднаем жилого помещения с нуждаемостью военнослужащего в жилом помещении по месту прохождения военной службы и отсутствием у командования возможности обеспечить его таким жильем либо жилым помещением маневренного фонда или общежитием.

Следовательно, к условиям выплаты компенсации относится не только отсутствие у командования возможности предоставления военнослужащему жилого помещения, но и наличие подтвержденного права на получение жилья, которым в данном случае является состояние такого военнослужащего на учете нуждающихся в получении служебных жилых помещений, либо жилых помещений по договору социального найма по месту прохождения военной службы, поскольку только в таком случае должностные лица, полномочные принимать решение о выплате денежной компенсации, будут обладать достаточным объемом сведений об отсутствии у военнослужащего жилья по месту прохождения военной службы.

Как видно из исследованных судом доказательств, в числе которых объяснения самого заявителя, Т. состоит на учете нуждающихся в получении жилых помещений по договору социального найма в г. Люберцы Московской области. Данных о состоянии его на жилищном учете на служебное жилое помещение либо жилье, предоставляемое по договору социального найма по месту прохождения им военной службы, в материалах дела не содержится.

Вопреки выводу суда первой инстанции, принятие заявителя на учет нуждающихся в получении жилых помещений по избранному месту жительства не может являться основанием для признания за военнослужащим права на получение денежной компенсации, так как такое решение не подтверждает право на получение служебного жилья по месту прохождения военной службы.

Приходя к такому выводу, суд проигнорировал требования ч. 2 ст. 99 ЖК РФ, в соответствии с которыми специализированные жилые помещения предоставляются по установленным данным Кодексом основаниям гражданам, не обеспеченным жилыми помещениями в соответствующем населенном пункте.

Анализ этой правовой нормы в совокупности с положениями, регулирующими порядок обеспечения военнослужащих служебным жильем либо денежной компенсацией, позволяет прийти к выводу, что о законности выплаты такой компенсации может свидетельствовать лишь наличие объективных данных о том, что военнослужащий, нуждающийся в получении жилого помещения по месту жительства жилым помещением по месту военной службы не обеспечен.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что заявление Т. не подлежало удовлетворению.

Военнослужащий, имеющий в собственности жилое помещение,

может быть признан нуждающимся в жилых помещениях,

предоставляемых по договорам социального найма в случае

обеспечения общей площадью жилого помещения на одного члена

семьи менее учетной нормы

Полковник запаса П., признанный в 2001 году нуждающимся в жилом помещении, в 2006 году уволен с военной службы с оставлением в списках нуждающихся в улучшении жилищных условий.

Решением заместителя директора Департамента жилищного обеспечения МО РФ от 25 февраля 2014 г. заявителю отказано в предоставлении двух квартир в городе Москве, и он был снят с жилищного учёта в связи с утратой оснований, дающих право на получение жилого помещения по договору социального найма, так как уполномоченным органом было установлено, что П. является собственником трехкомнатной квартиры общей площадью 66,3 кв.м., расположенной в городе Туле.

П. обратился в суд с заявлением, в котором, оспаривая упомянутое решение, просил обязать директора вышеназванного департамента восстановить его на учете в качестве нуждающегося в жилье.

Решением Московского гарнизонного военного суда в удовлетворении заявления отказано.

При апелляционном рассмотрении дела решение оставлено без изменения, исходя из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 52 ЖК РФ жилые помещения по договорам социального найма предоставляются гражданам, которые приняты на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ гражданами, нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, признаются являющиеся собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и обеспеченные общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее учетной нормы.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, заявитель в 1998 году путём реализации жилищного сертификата приобрел в собственность трехкомнатную квартиру в городе Туле общей площадью 66,3 кв.м., а в 2001 году по новому месту службы в городе Москве был поставлен на жилищный учёт (состав семьи 5 человек).

На основании п. 1 ч. 1 ст. 29 ЖК РСФСР, действовавшей на момент признания заявителя в 2001 году нуждающимся в жилье в городе Москве, нуждающимися в улучшении жилищных условий признавались граждане, имеющие обеспеченность жилой площадью на одного члена семьи ниже уровня, устанавливаемого Советом Министров автономной республики, исполнительным комитетом краевого, областного, Московского и Ленинградского городских Советов народных депутатов.

В силу п. 7 Порядка учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления жилых помещений в Тульской области, утвержденных решением Исполнительного комитета Тульского областного Совета народных депутатов от 26 сентября 1984 г. № 11-503, нуждающимися в улучшении жилищных условий признавались граждане имеющие обеспеченность жилой площадью на одного члена семьи не более 6,5 кв. м.

Пунктом 13.1 Положения о порядке улучшения жилищных условий граждан в городе Москве, утвержденного постановлением Московской городской Думы от 31 января 2001 г. № 12 также было определено, что нормой постановки на учёт является размер общей площади жилого помещения, приходящийся на каждого проживающего и составляющий 10 кв.м. общей площади для отдельных квартир.

Изложенное указывает на то, что П. не мог быть признан нуждающимся в жилом помещении исходя из обеспеченности его жильем по установленным нормам.

В силу п. 4 ст. 15 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, имеющим в собственности квартиры, при переводе на новое место военной службы в другую местность предоставляются совместно с проживающими с ними членами их семей на период военной службы в данной местности служебные жилые помещения или общежития.

Таким образом, приведённая норма препятствует предоставлению жилого помещения для постоянного проживания военнослужащему, имеющему в собственности жильё, в том числе не по месту военной службы.

Учитывая, что у заявителя, до постановки на жилищный учёт в 2001 году, имелась в собственности предоставленная военным ведомством квартира, что фактически исключило возможность её последующей сдачи ведомственным жилищным органам, то действия жилищной комиссии по признанию его нуждающимся в жилом помещении по договору социального найма являлись неправомерными.

Военный комиссар района, зачисленный в распоряжение до

получения жилого помещения в связи с предстоящим увольнением с военной службы, не имеет права на дополнительную общую площадь жилого помещения, как командир воинской части

Подполковник Б. приказом командующего войсками Московского военного округа от 28 декабря 2006 г. назначен военным комиссаром Клепиковского района Рязанской области, а приказом этого же должностного лица от 23 апреля 2009 г. освобожден от занимаемой воинской должности и зачислен в распоряжение в связи с организационно-штатными мероприятиями.

Извещением начальника ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации от 20 сентября 2013 г. заявителю, составом семьи 1 человек с 4 апреля 2008 г. включенному в Единый реестр военнослужащих, принятых на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, распределена однокомнатная квартира по избранному месту жительства в городе Рязани, общей площадью 43,8 кв.м., за превышение общей площади которой на 7,80 кв.м. ему предложено доплатить. С получением данного жилого помещения Б. был согласен, однако считал, что какого-либо превышения общей площади жилого помещения нет, в связи с тем, что не учтено его право на дополнительную общую площадь жилого помещения, предусмотренную для командиров воинских частей, о чем письменно им доведено до уполномоченного Министерством обороны РФ жилищного органа, приостановившего вопрос обеспечения заявителя жильем, до представления им справки, подтверждающей данное право.

При указанных обстоятельствах Б. в декабре 2013 года и в феврале 2014 года обращался с заявлением к начальнику организационно-мобилизационного управления штаба Западного военного округа, в котором просил о выдаче справки о его праве на дополнительную общую площадь жилого помещения, в чем ему отказано 6 марта 2014 г.

Б. обратился в суд с заявлением, в котором просил признать незаконным указанный отказ.

Рязанским гарнизонным военным судом в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционном порядке решение суда оставлено без изменения, поскольку в соответствии с п. 1 ст. 15 Федерального закона от 27 мая 1998 г. №76-ФЗ «О статусе военнослужащих» государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Согласно п. 8 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» офицеры в воинских званиях полковник, ему равном и выше, проходящие военную службу либо уволенные с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями, а также командиры воинских частей, имеют право на дополнительную общую площадь жилого помещения размером не менее 15 квадратных метров и не более 25 квадратных метров.

Таким образом, согласно содержанию данной правовой нормы командиры воинских частей в отличие от офицеров в воинских званиях полковник, ему равном и выше имеют право на обеспечение жильем с учетом права на дополнительную общую площадь жилого помещения только в период прохождения военной службы.

Как видно из материалов дела, Б. приказом командующего войсками Московского военного округа от 28 декабря 2006 г. назначен военным комиссаром Клепиковского района Рязанской области, а приказом этого же должностного лица от 23 апреля 2009 г. освобожден от занимаемой воинской должности с 1 апреля того же года и зачислен в распоряжение в связи с организационно-штатными мероприятиями.

Поскольку Б. с 1 апреля 2009 г. освобожден от занимаемой воинской должности и зачислен в распоряжение должностного лица, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что оспоренный заявителем отказ начальника организационно-мобилизационного управления штаба Западного военного округа является правомерным, а поэтому обоснованно отказал Б. в удовлетворении его заявления.

Кроме того, судам следует учитывать следующее.

В соответствии со ст. 11 Федерального закона от 31 мая 1996 г. №61-ФЗ «Об обороне» Вооруженные Силы РФ состоят из центральных органов военного управления, объединений, соединений, воинских частей и организаций, которые входят в виды и рода войск Вооруженных Сил РФ и в войска, не входящие в виды и рода войск Вооруженных Сил РФ.

Положением о военных комиссариатах, утвержденному Указом Президента РФ от 7 декабря 2012 г. № 1609 (пункты 2 и 4) установлено, что военные комиссариаты создаются в субъекте РФ и являются территориальными органами Министерства обороны РФ и входят в состав военных округов.

Пунктом 7 указанного Положения предусмотрено, что руководство служебной деятельностью военных комиссариатов осуществляется Министерством обороны РФ через командующих войсками военных округов, а управление служебной деятельностью военного комиссариата осуществляется военным комиссаром.

Пунктом 8 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» (ныне п. 2 ст. 15-1 Федерального закона «О статусе военнослужащих») предусмотрена социальная гарантия в отношении, в частности, командиров воинских частей, однако не предусмотрена аналогичная гарантия в отношении руководителей организация, предприятий или учреждений Вооруженных Сил РФ.

Таким образом отсутствуют установленные законодательством основания для распространения на военных комиссаров положения, содержавшиеся в п. 8 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» (ныне в п. 2 ст. 15-1 Федерального закона «О статусе военнослужащих»).

4. Обеспечение денежным довольствием

Со дня окончания проведения организационно-штатных мероприятий,

в соответствии с которыми должность военнослужащего сокращена,

ему подлежит выплате денежное довольствие как состоящему

в распоряжении

Подполковник Б. проходил военную службу по контракту, заключенному с главнокомандующим внутренними войсками МВД России на воинской должности старшего преподавателя кафедры тактики и оперативного использования внутренних войск Федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего профессионального образования военный учебно-научный центр Сухопутных войск «Общевойсковая академия Вооруженных Сил Российской Федерации» (далее - Академия).

В связи с завершением 25 декабря 2012 г. организационно-штатных мероприятий, в соответствии с которыми занимаемая им воинская должность была сокращена, он подал рапорт об увольнении с военной службы после обеспечения жильем. 26 декабря 2012 г. ему было распределено жилое помещение, оформление договора социального найма на которое длилось целый год. В период после сокращения его воинской должности должностные обязанности он не исполнял, к исполнению вакантных воинских должностей не допускался. В связи с увольнением с военной службы приказом начальника Академии от 24 марта 2014 г. с 10 апреля того же года он был исключен из списков личного состава Академии. Однако ему не была выплачена дополнительная выплата за 2013 год в размере 8 окладов денежного содержания, установленная военнослужащим внутренних войск МВД России.

Полагая свои права нарушенными, Б. обратился в военный суд с заявлением, в котором просил признать незаконными действия (бездействие) начальника Академии, связанные с невыплатой ему дополнительной выплаты за 2013 год, как военнослужащему внутренних войск МВД России, и возложить на начальника Академии обязанность установить и выплатить ему дополнительную выплату за 2013 год в размере 8 окладов денежного содержания.

Московским гарнизонным военным судом в удовлетворении заявления Б. отказано.

Оставляя без изменения решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

В соответствии с п. 7 Указа Президента РФ от 26 декабря 2006 г. №1459 «О дополнительных мерах по повышению эффективности использования средств на оплату труда работников федеральных органов исполнительной власти», Министру внутренних дел РФ предоставлено право использовать разницу между средствами, выделяемыми из федерального бюджета на соответствующий год на денежное довольствие военнослужащих внутренних войск Министерства внутренних дел РФ, и средствами федерального бюджета, предназначенными на содержание фактической численности указанных военнослужащих, имеющейся на 1 января соответствующего года, на материальное стимулирование военнослужащих в виде дополнительной выплаты наряду с дополнительными выплатами, установленными законодательными и иными нормативными правовыми актами РФ.

Приказом МВД России от 26 июня 2007 г. № 568 утверждена Инструкция о порядке осуществления военнослужащим внутренних войск МВД России дополнительной выплаты за счет разницы между средствами, выделяемыми из федерального бюджета на соответствующий год на денежное довольствие военнослужащих внутренних войск МВД России, и средствами федерального бюджета, предназначенными на содержание фактической численности указанных военнослужащих, имеющейся на 1 января соответствующего года.

Согласно пунктам 4-7 данной Инструкции, дополнительная выплата производится военнослужащим внутренних войск МВД России, проходящим военную службу по контракту.

Дополнительная выплата военнослужащим устанавливается соответствующим командиром (начальником), исходя из выделенных объемов средств, в размерах, не превышающих ежегодно устанавливаемые главнокомандующим внутренними войсками МВД России размеры, по результатам исполнения военнослужащим должностных обязанностей.

Дополнительная выплата производится на основании приказов соответствующих командиров (начальников), в которых указываются суммы, установленные конкретным военнослужащим.

Право на дополнительную выплату не имеют военнослужащие: допустившие упущения по службе и нарушения воинской дисциплины; находящиеся в распоряжении командиров (начальников), за исключением лиц, в установленном порядке допущенных к исполнению вакантных воинских должностей.

Анализируя приведенные нормы, гарнизонный суд пришел к правильному выводу о том, что дополнительная выплата предназначена для поощрения военнослужащих и стимулирования исполнения ими должностных обязанностей.

Согласно пунктам 51-53 Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих внутренних войск МВД России, утвержденного приказом МВД России от 2 февраля 2012 г. № 65, военнослужащим по контракту, зачисленным в установленном порядке в распоряжение командиров (начальников), за все время нахождения их в распоряжении командиров (начальников), выплачиваются оклады по воинскому званию, оклады по последней занимаемой воинской должности и ежемесячная надбавка за выслугу лет.

Военнослужащим по контракту, освобожденным от занимаемых воинских должностей, в том числе в связи с проведением организационно-штатных мероприятий, денежное довольствие в размерах, установленных пунктом 51 настоящего Порядка, выплачивается: в связи с увольнением с военной службы со дня, следующего за днем сдачи дел и должности, и по день исключения из списков личного состава воинской части.

Военнослужащим по контракту, при сокращении занимаемых ими воинских должностей, снижении воинских званий, предусмотренных по занимаемым ими воинским должностям (месячных окладов в соответствии с занимаемыми ими воинскими должностями), со дня объявления в приказе командира (начальника) воинской части об окончании проведения организационно-штатных мероприятий и до дня их вступления в исполнение обязанностей по воинским должностям в связи с их назначением на другие воинские должности или возложением на них временного исполнения обязанностей по вакантным воинским должностям денежное довольствие выплачивается в порядке, установленном пунктом 51 настоящего Порядка.

Таким образом, со дня окончания проведения организационно-штатных мероприятий, в соответствии с которыми должность военнослужащего сокращена, ему подлежит выплате денежное довольствие как состоящему в распоряжении.

Согласно копии приказа начальника Академии от 25 октября 2012 г., в соответствии с указаниями Генерального штаба Вооруженных Сил РФ от 29 августа 2012 г. в Академии в период с 25 октября по 25 декабря 2012 г. проведены организационно-штатные мероприятия, и с 25 декабря 2012 г. введены в действие изменения в штат Академии.

Согласно копии рапорта Б. от 21 декабря 2012 г. следует, что он просит о досрочном увольнении с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями после обеспечения его жилой площадью.

Из выписки из приказа начальника Академии от 25 декабря 2012 г. и расчетных листков за октябрь - декабрь 2013 года усматривается, что Б. установлено к выплате денежное довольствие в составе оклада по воинской должности, оклада по воинскому званию и надбавки за выслугу лет, то есть как военнослужащему, состоящему в распоряжении.

Как усматривается из копии выписки из приказа главнокомандующего внутренними войсками МВД России от 28 февраля 2014 г. и выписки из приказа начальника Академии от 24 марта 2014 г., Б., старший преподаватель кафедры тактики и оперативного использования внутренних войск Академии, 28 февраля 2014 г. уволен с военной службы в запас в связи с организационно-штатными мероприятиями и с 10 апреля 2014 года исключен из списков личного состава Академии.

На основании изложенного, суд пришел к правильному выводу о том, что поскольку дополнительная выплата предназначена для стимулирования исполнения военнослужащими именно должностных обязанностей, а должность заявителя сокращена со дня завершения организационно-штатных мероприятий - 25 декабря 2012 года, при этом обязанности по воинской должности в 2013 году он не исполнял и к исполнению вакантных воинских должностей не допускался, то оснований для производства ему оспариваемой выплаты у начальника Академии не имелось.

Состав денежного довольствия, на которое начисляются

коэффициенты и процентные надбавки, военнослужащим,

проходящим военную службу по контракту в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других местностях с

неблагоприятными климатическими или экологическими условиями, в том числе в отдаленных местностях, высокогорных районах,

пустынных и безводных местностях, денежное довольствие

выплачивается с учетом коэффициентов и процентных надбавок,

установленных частью 24 статьи 2 Федерального закона

от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии

военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»

Судебная коллегия Московского окружного военного суда оставила без изменения решение Московского гарнизонного военного суда по заявлению майора запаса Н. об оспаривании действий руководителя федерального казенного учреждения «Единый расчетный центр Министерства обороны Российской Федерации» (далее - ЕРЦ МО РФ), связанных с выплатой заявителю денежного довольствия не в полном объеме.

Вступившим в законную силу решением Екатеринбургского гарнизонного военного суда от 5 сентября 2013 г. на командующего войсками Центрального военного округа возложена обязанность по изданию приказов об установлении Н. ежемесячных дополнительных выплат к окладу по воинской должности за работу в структурных подразделениях по защите государственной тайны в размере 30 процентов и за работу с ключевыми документами в размере 20 процентов в 2012 и 2013 годах.

Приказом командующего войсками Центрального военного округа от 16 декабря 2013 г. Н. установлена к выплате с 1 января 2012 г. ежемесячная надбавка за стаж работы в шифровальных органах в размере 30 процентов оклада по воинской должности и ежемесячная надбавка за стаж работы в структурных подразделениях по защите государственной тайны в размере 20 процентов оклада по воинской должности.

В декабре 2013 года заявитель получил во исполнение указанного судебного решения денежную сумму в размере 229680 рублей.

В январе 2014 года Н. обратился в ЕРЦ МО РФ с просьбой о произведении перерасчета процентных надбавок к окладу по воинской должности за стаж работы в шифровальных органах и за стаж работы в структурных подразделениях по защите государственной тайны с учетом районного коэффициента.

Однако решением руководителя ЕРЦ МО РФ от 17 февраля 2014 г. со ссылкой на п. 97 Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации (далее - Порядок), утвержденного приказом Министра обороны РФ от 30 декабря 2011 г. № 2700, ему было отказано в производстве перерасчета и доплате процентных надбавок к окладу по воинской должности за стаж работы в шифровальных органах и за стаж работы в структурных подразделениях по защите государственной тайны с учетом районного коэффициента, поскольку это не предусмотрено указанным Порядком.

Полагая свои права нарушенными, Н. обратился в военный суд с заявлением, в котором просил признать незаконными указанные действия руководителя ЕРЦ МО РФ, и взыскать с ЕРЦ МО РФ в его пользу недополученное денежное довольствие - районный коэффициент к ежемесячным надбавкам за стаж работы в шифровальных органах в размере 30 процентов к окладу по воинской должности и стаж работы в структурных подразделениях по защите государственной тайны в размере 20 процентов к окладу по воинской должности в размере 34 174 рубля 16 копеек.

Судом первой инстанции в удовлетворении заявления Н. отказано по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 12 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», военнослужащие обеспечиваются денежным довольствием в порядке и в размерах, установленных Федеральным законом «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», иными федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента РФ, нормативными правовыми актами Правительства РФ, нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти и нормативными правовыми актами иных федеральных государственных органов.

Согласно частям 1 и 2 ст. 2 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» (далее - Федеральный закон) денежное довольствие военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, является основным средством их материального обеспечения и стимулирования исполнения обязанностей военной службы. Оно состоит из месячного оклада в соответствии с присвоенным воинским званием и месячного оклада в соответствии с занимаемой воинской должностью, которые составляют оклад месячного денежного содержания военнослужащего, и из ежемесячных и иных дополнительных выплат.

Частями 24, 25 статьи 2 указанного Федерального закона определено, что военнослужащим, проходящим военную службу по контракту в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других местностях с неблагоприятными климатическими или экологическими условиями, в том числе в отдаленных местностях, высокогорных районах, пустынных и безводных местностях, денежное довольствие выплачивается с учетом коэффициентов и процентных надбавок.

Размеры коэффициентов и процентных надбавок, указанных в части 24 настоящей статьи, и порядок их применения для расчета денежного довольствия военнослужащих устанавливаются Правительством РФ. При этом в состав денежного довольствия, на которое начисляются коэффициенты и процентные надбавки, входят: оклад по воинскому званию; оклад по воинской должности; ежемесячная надбавка за выслугу лет; ежемесячная надбавка за классную квалификацию (квалификационную категорию, квалификационный класс); ежемесячная надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну; ежемесячная надбавка за особые условия военной службы.

Аналогичное положение содержится и в пункте 97 Порядка.

Таким образом, указанный состав денежного довольствия, на которое начисляются коэффициенты и процентные надбавки, является исчерпывающим.

На основании изложенного, суд пришел к правильному выводу о том, что поскольку состав денежного довольствия военнослужащего, на которое начисляются коэффициенты и процентные надбавки, является исчерпывающим, а ежемесячные надбавки за стаж работы в шифровальных органах и стаж работы в структурных подразделениях по защите государственной тайны, в указанный состав не входят, то законных оснований для получения указанных ежемесячных надбавок с учетом районного коэффициента у Н. не имеется, а поэтому обоснованно отказал в удовлетворении его требований.

5. Вопросы привлечения военнослужащих

к различным видам ответственности

Гибель военнослужащего, находившегося при исполнении

обязанностей военной службы и произошедшая по вине ответчика, не является основанием для взыскания с виновного в порядке регресса суммы единовременного пособия, выплаченного родителям

погибшего военнослужащего

Военный прокурор 51 военной прокуратуры (гарнизона) обратился в суд с иском в защиту интересов Российской Федерации в лице воинской части к военнослужащему той же воинской части рядовому Ж., в котором просил взыскать с него сумму материального ущерба, причиненного государству в лице воинской части, в результате совершенного ответчиком преступления в размере 3165000 рублей, выплаченных родителям Т., погибшего в результате противоправных действий ответчика, и 15484 рублей, выплаченных им же в счет ритуальных услуг, а всего в размере 3180484 рублей.

В обоснование иска прокурор указал, что Ж., проходивший военную службу по призыву, в автомобильном парке воинской части совершил наезд на военнослужащего этой же воинской части рядового Т., вследствие которого последний погиб.

Вступившим в законную силу приговором Реутовского гарнизонного военного суда от 13 мая 2014 г. Ж. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 350 УК РФ, то есть в нарушении правил вождения или эксплуатации боевой, специальной или транспортной машины, повлекших по неосторожности смерть человека.

В заявлениях от 12 февраля 2014 г. родители Т. просили командира воинской части о выплате им единовременного пособия в связи с гибелью (смертью) их сына (далее – пособие), предусмотренного ч. 8 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».

В соответствии с приказом командира воинской части от 27 февраля 2014 года родителям Т. перечислены денежные средства, причитающиеся им в размере 1582500 рублей, каждому, а всего 3165000 рублей, а также выплачены денежные средства в размере 15484 рублей в счет оплаты понесенных ими затрат на похороны.

Решением Реутовского гарнизонного военного суда иск прокурора удовлетворен частично.

Суд взыскал с Ж. в пользу воинской части 15484 рубля. В удовлетворении остальных требований судом отказано.

Суд при этом обоснованно исходил из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 18 Федерального закона от 27 мая 1998 г. №76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ч. 8 ст. 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных им при исполнении обязанностей военной службы (далее - военная травма), до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3000000 рублей, а с учетом индексации, предусмотренной постановлением Правительства РФ от 17 июня 2014 г. № 554,с применением коэффициента 1,055 в размере 3 165000 рублей.

Частью 18 ст. 3 этого Федерального закона установлено, что порядок предоставления военнослужащим и членам их семей выплат, предусмотренных частями 2, 3, 6, 8 и 12 этой статьи, определяется федеральным органом исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба.

На основании вышеприведенных норм действующего законодательства, конституционная обязанность государства по возмещению вреда, причиненного здоровью военнослужащих в связи с исполнением ими обязанностей военной службы, может осуществляться в различных юридических формах, в том числе в форме установленного в целях обеспечения социальных интересов этих лиц и интересов государства обязательного государственного страхования их жизни и здоровья, которое финансируется за счет бюджетных средств (п. 1 ст. 969 ГК РФ, Федеральный закон от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы»), в форме гражданско-правового (деликтного) возмещения вреда, причиненного здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы (ст. 1084 ГК РФ), в форме выплаты единовременного пособия членам семьи погибшего военнослужащего (ч. 8 ст. 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»).

Указанная компенсационная выплата для военнослужащих является дополнительной социальной гарантией, находящейся за рамками гражданско-правовых обязательств, вытекающих из причинения вреда, предусмотренных главой 59 ГК РФ, в том числе и ст. 1084 ГК РФ, и назначается независимо от наличия вины государственных органов или их должностных лиц в причинении вреда жизни или здоровью военнослужащих, если соблюдены определенные законом условия.

При этом Федеральным законом «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», равно как и Федеральным законом «О статусе военнослужащих» не предусмотрена возможность последующего взыскания суммы единовременного пособия, с виновных лиц.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции сделал правильный вывод, что гибель Т., находившегося при исполнении обязанностей военной службы и произошедшая по вине ответчика, не может служить основанием для взыскания с Ж. в порядке регресса суммы единовременного пособия, выплаченного родителям Т., поскольку выплата указанного пособия государством не поставлена в зависимость от вины причинителя вреда.

При рассмотрении дела в апелляционном порядке решение суда оставлено без изменения.

Вещевое имущество личного пользования военнослужащих,

проходящих военную службу по контракту, срок носки которого не

истек, не пригодное к дальнейшему использованию по прямому

назначению, возврату не подлежит. Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы,

предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки

Командир воинской части обратился в суд с исковым заявлением, в котором просил взыскать с бывшего военнослужащего этой же воинской части ефрейтора запаса В., уволенного с военной службы в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта, стоимость выданных ему предметов вещевого имущества, срок носки которых не истек, в размере 18664 рубля 54 копейки, а также излишне выплаченное ответчику денежное довольствие за период с 26 по 30 ноября 2013 года в сумме 3153рубля 01 копейки, а всего 21817 рублей 55 копеек.

Ярославский гарнизонный военный суд иск удовлетворил частично, взыскав с ответчика в пользу воинской части 3153 рубля 01 копейку в счет возмещения ущерба, причиненного излишней выплатой денежного довольствия.

В удовлетворении требований о взыскании с В. стоимости выданных ему предметов вещевого имущества, срок носки которых не истек, в размере 18664 рубля 54 копейки, суд отказал.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев дело, исходил из следующего.

Перечень обстоятельств, при которых военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба, предусмотрен ст. 5 Федерального закона от 12 июля 1999 г. № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих».

К таким обстоятельствам, в частности, относятся случаи, когда ущерб причинен военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей, а также случаи причинения ущерба в результате хищения, умышленных уничтожения, повреждения, порчи, незаконных расходования или использования имущества либо иных умышленных действий (бездействия).

Под ущербом в силу статьи 2 указанного Федерального закона понимается утрата или повреждение имущества воинской части, расходы, которые воинская часть произвела либо должна произвести для восстановления, приобретения утраченного или поврежденного имущества, а также излишние денежные выплаты, произведенные воинской частью.

В соответствии с п. 1 ст. 3 того же Федерального закона военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб.

В силу п. 25 Правил владения, пользования и распоряжения вещевым имуществом, а также банно-прачечного обслуживания в мирное время, утвержденных постановлением Правительства РФ от 22 июня 2006 г. № 390 (далее - Правила) вещевое имущество, за исключением расходных материалов, передается во владение и безвозмездное пользование военнослужащим с момента его получения.

Этим же пунктом Правил предусмотрено, что вещевое имущество личного пользования, срок носки которого не истек, выданное военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, в случае их увольнения с военной службы в связи с невыполнением условий контракта подлежит возврату.

Порядок дальнейшего использования сданного вещевого имущества определяется Министерством обороны РФ и федеральными органами исполнительной власти, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба.

Вещевое имущество личного пользования военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, срок носки которого не истек, не пригодное к дальнейшему использованию по прямому назначению, возврату не подлежит.

Учитывая вышеизложенное, выданное В. вещевое имущество, срок носки которого не истек, подлежит возврату, причем лишь в том случае, если оно пригодно к дальнейшему использованию по прямому назначению.

В соответствии с приведенными правовыми нормами необходимыми условиями для привлечения В. к материальной ответственности являются: наличие реального ущерба (в данном случае факт утраты или отказа от возврата вещевого имущества, выданного ответчику, его умышленная порча или уничтожение), вины последнего в причинении данного ущерба, а также причинной связи между его действиями (бездействием) и причиненным ущербом. При этом обязанность по доказыванию этих обстоятельств, имеющих существенное значение для привлечения военнослужащего к материальной ответственности, возлагается законом на истца.

Вместе с тем, из материалов дела не усматривается и истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что В. утратил или отказался возвратить выданное ему в период службы вещевое имущество личного пользования, либо умышленно привел его в состояние, при котором использование имущества невозможно.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел достаточных оснований для привлечения В. к материальной ответственности и правильно отказал в удовлетворении предъявленного к нему иска в части требования о взыскании стоимости выданных ему предметов вещевого имущества, срок носки которых не истек, в размере 18664 рубля 54 копейки.

Принимая решение о частичном удовлетворении требований истца и взыскании с В. излишне выплаченного ему денежного довольствия в сумме 3153 рубля 01 копейка, суд первой инстанции сослался на пункты 7 и 9 Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих внутренних войск МВД России, утвержденного приказом МВД России от 2 февраля 2012 г. № 65, согласно которым военнослужащему по контракту, прослужившему неполный месяц, денежное довольствие выплачивается в размере пропорционально количеству прослуженных календарных дней в данном месяце, а денежное довольствие, выплаченное в размерах, действовавших на день выплаты, возврату не подлежит, если право на него полностью или частично военнослужащим впоследствии утрачено.

Установив по делу, что В., исключенному из списков личного состава воинской части с 25 ноября 2013 г., излишне выплачено денежное довольствие за период с 26 по 30 ноября 2013 г. в сумме 3153 рубля 01 копейка, суд первой инстанции пришел к выводу о необоснованном обогащении ответчика и взыскал с него указанную сумму в пользу воинской части.

Однако решение суда в этой части не основано на нормах материального права и является следствием неправильного определения обстоятельств, имеющих значение для дела.

Так, в соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), что указывает на необходимость предъявления потерпевшим требования к такому лицу по добровольному возврату неосновательно приобретенного имущества, а в случае отказа - истребования имущества в судебном порядке, как это установлено статьей 11 ГК РФ.

При этом в силу п. 3 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Наличие либо отсутствие недобросовестности в действиях приобретателя имущества или счетной ошибки, в случае возникновения спора, в соответствии со статьей 11 ГК РФ подлежат установлению в судебном порядке.

Таких обстоятельств по делу установлено не было и суд первой инстанции их в решении не привел. Выплата же ответчику 20 ноября 2013 г. денежного довольствия за полный прослуженный месяц (с 1 по 30 ноября) до издания командиром воинской части приказа об исключении его из списков личного состава воинской части с 25 ноября 2013 г. не может быть расценена как счетная ошибка.

При указанных обстоятельствах решение гарнизонного военного суда в данной части отменено и принято новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований.

6. Нарушения процессуального законодательства

Граждане, уволенные с военной службы, вправе обжаловать в военный суд действия (бездействие) органов военного управления, воинских должностных лиц и принятые ими решения, нарушившие права,

свободы и охраняемые законом интересы указанных граждан в период прохождения ими военной службы

Федеральное казенное учреждение «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Псковской и Новгородской областям» обратилось в военный суд с иском о взыскании с С. денежной компенсации в возмещение ущерба в следствие ежемесячной выплаты компенсации Се. в счет возмещения вреда причиненного здоровью за период с 1 октября 2011 г. по 30 ноября 2013 г. в размере 259281 руб. 9 коп.

Определением Московского гарнизонного военного суда от 21 марта 2014 г. гражданское дело по иску названного ФКУ о взыскании с С. денежной компенсации в счет причинения вреда здоровью направлено по подсудности в Зюзинский районный суд г. Москвы, поскольку требования о взыскании денежной компенсации в счет причиненного вреда здоровью лежат за пределами воинских правоотношений и не связаны с ними, а поэтому подлежат рассмотрению в суде общей юрисдикции.

Так, в соответствии с ч. 1 ст. 47 Конституции РФ никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Согласно ст. 25 ГПК РФ в случаях, предусмотренных федеральным конституционным законом, гражданские дела рассматриваются военными судами.

На основании ст. 7 Федерального конституционного закона Российской Федерации «О военных судах Российской Федерации» от 23 июня 1999г. №1-ФКЗ, военным судам подсудны гражданские и административные дела о защите нарушенных и (или) оспариваемых прав и свобод и охраняемых законом интересов военнослужащих, от действий (бездействия) органов военного управления, воинских должностных лиц и принятых ими решений.

Пунктом 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 года № 9 «О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» разъяснено, что военным судам, за исключением дел, отнесенных к подсудности Верховного Суда РФ, подсудны все гражданские дела о защите нарушенных и (или) оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов военнослужащих Вооруженных Сил РФ, других войск, воинских формирований и органов, граждан, проходящих военные сборы, от действий (бездействия) органов военного управления, воинских должностных лиц и принятых ими решений. Граждане, уволенные с военной службы, вправе обжаловать в военный суд действия (бездействие) органов военного управления, воинских должностных лиц и принятые ими решения, нарушившие права, свободы и охраняемые законом интересы указанных граждан в период прохождения ими военной службы.

Аналогичные разъяснения содержатся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2014г. № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих».

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» граждане приобретают статус военнослужащих с началом военной службы и утрачивают его с окончанием военной службы.

В соответствии с пунктами 10 и 11 ст. 38 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» началом военной службы для граждан, не пребывающих в запасе, призванных на военную службу считается день убытия из военного комиссариата субъекта Российской Федерации к месту прохождения военной службы, а окончанием военной службы считается дата исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части.

Из представленных материалов дела следует, что приговором Псковского гарнизонного военного суда от 27 ноября 1997 года военнослужащий проходящий военную службу по призыву, старший сержант С. осужден за нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии между ними отношений подчиненности, сопряженное с насилием и повлекшее тяжкие последствия в виде причинения потерпевшему Се. тяжкого вреда здоровью. С. был привлечен к уголовной ответственности на основании ст. 335 ч. 3 УК РФ (лишен свободы на 3 года в исправительной колонии общего режима).

В 2011 году Се. обратился в Октябрьский районный суд города Белгорода с иском к Министерству обороны РФ с требованием выплатить ему с 1 октября 2011 г. ежемесячную компенсацию в счет возмещения вреда причиненного здоровью в размере 9253 руб. с последующей ежегодной индексацией.

Решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 15 декабря 2011 г. иск Се. был удовлетворен. Суд обязал воинскую часть выплачивать Се. ежемесячную компенсацию в счет возмещения вреда причиненного здоровью с 1 октября 2011 г. в размере 9253 руб. с последующей ежегодной индексацией в порядке, установленном Правительством РФ.

Определением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 22 января 2013 г. по заявлению Се. произведена замена первоначального ответчика на ФКУ «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Псковской и Новгородской областям».

ФКУ «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Псковской и Новгородской областям» исполняя решение Октябрьского районного суда города Белгорода от 15 декабря 2011г. в период с 1 октября 2011 года по ноябрь 2013 г. произвело выплату Се. в сумме 259281 руб. 9 коп.

С целью взыскания денежных средств с С., то есть с виновного в причинении вреда здоровью Се. (в порядке регресса) ФКУ «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Псковской и Новгородской областям» направило исковое заявление в Московский гарнизонный военный суд.

В соответствии со ст. 33 ГПК РФ, суд передает дело на рассмотрение другого суда, если при рассмотрении дела в данном суде выявилось, что оно было принято к производству с нарушением правил подсудности.

Поэтому суд, правильно применив положения ст. 33 ГПК РФ, пришел к обоснованному выводу о том, что требования о взыскании денежной компенсации в счет причинения вреда здоровью (в порядке регресса) лежат за пределами воинских правоотношений и не связаны с ними, а поэтому правомерно направил это дело по подсудности в Зюзинский районный суд города Москвы, по месту жительства ответчика.

Суд апелляционной инстанции определение гарнизонного военного суда оставил без изменения.

Военным судам подсудны гражданские дела о защите нарушенных и (или) оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов

военнослужащих Вооруженных Сил РФ, других войск, воинских

формирований и органов, граждан, проходящих

военные сборы, от действий (бездействия) органов военного

управления, воинских должностных лиц и принятых ими решений

Прапорщик запаса В., уволенная с военной службы в связи с достижением предельного возраста пребывания на ней, приказом Министра обороны РФ от 20 августа 2012 г. исключена из списков личного состава воинской части с 27 сентября того же года и направлена на воинский учет в военный комиссариат.

Считая незаконным вышеуказанный приказ Министра обороны РФ, В. обратилась в военный суд с заявлением, в котором выдвигала требование о его отмене с возложением на указанное должностное лицо обязанности восстановить ее в списках личного состава воинской части до обеспечения жилым помещением по договору социального найма и вещевым имуществом.

Кроме того, заявитель выдвигала требование о возложении на военный комиссариат обязанности оформить и начислить ей пенсию за выслугу лет.

Определением судьи Калужского гарнизонного военного суда указанное заявление в части, касающейся требований к военному комиссариату, возвращено В. в связи с его неподсудностью военному суду.

При этом судья исходил из следующего.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ судья возвращает исковое заявление в случае, если дело неподсудно данному суду.

В силу п. 1 ч. 1 ст. 7 Федерального конституционного закона от 23 июня 1999 года № 1-ФКЗ «О военных судах Российской Федерации» военным судам подсудны гражданские дела о защите нарушенных и (или) оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, граждан, проходящих военные сборы, от действий (бездействия) органов военного управления, воинских должностных лиц и принятых ими решений.

Согласно ч. 2 ст. 7 этого же Закона граждане, уволенные с военной службы, вправе обжаловать в военный суд действия (бездействие) органов военного управления, воинских должностных лиц и принятые ими решения, нарушившие права, свободы и охраняемые законом интересы указанных граждан в период прохождения ими военной службы, военных сборов.

Пленум Верховного Суда РФ в абз. 2 п. 1 постановления от 29 мая 2014 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» разъяснил, что дела по заявлениям лиц, уволенных с военной службы, прошедших военные сборы, пребывавших в мобилизационном людском резерве, подсудны военным судам, если они оспаривают действия (бездействие) органов военного управления, воинских должностных лиц и принятые ими решения, нарушившие их права, свободы и охраняемые законом интересы в период прохождения военной службы, военных сборов, пребывания в мобилизационном людском резерве.

Из поступивших материалов усматривается, что В., уволенная с военной службы в 2009 году, приказом Министра обороны РФ от 20 августа 2012 г. исключена из списков личного состава воинской части с 27 сентября того же года и направлена на воинский учет в военный комиссариат.

Таким образом, правоотношения, связанные с неназначением заявителю в военном комиссариате пенсии, возникли после утраты ею статуса военнослужащего и не связаны с действиями (бездействием) органов военного управления, воинских должностных лиц в период прохождения военной службы.

При таких обстоятельствах, вывод судьи о том, что заявление В. в части, касающейся оспаривания бездействия начальника отдела военного комиссариата, связанного с неназначением заявителю пенсии, неподсудно военному суду и возвращено В. обоснованно и при апелляционном рассмотрении оставлено без изменения.

Апелляционная жалоба начальника академии, необоснованно

оставлена без движения в связи с неуплатой государственной пошлины

Определением судьи Московского гарнизонного военного суда от 3 сентября 2014 года оставлена без движения апелляционная жалоба представителя начальника Военного учебно-научного центра Сухопутных войск «Общевойсковой академии Вооруженных Сил Российской Федерации» В. С.Г. (далее – начальника академии) на решение того же суда от 22 июля 2014 г. по заявлению старшего лейтенанта З., которым частично удовлетворено заявление З., который оспаривал действия должностных лиц - Министра обороны РФ и начальника академии.

Суд признал незаконным приказ Министра обороны РФ от 9 июня 2014 г. в части касающейся назначения З. на воинскую должность инструктора по вождению – начальника группы отделения (учебного на БМП) отдела (учебно-боевых машин) базы (обеспечения учебного процесса) филиала Военной академии МТО (г. Омск) и обязал это должностное лицо отменить упомянутый приказ.

На начальника академии суд возложил обязанности по отмене изданного приказа от 9 июня 2014 г., в части касающейся исключения З. из списков личного состава института, предоставить ему оставшуюся часть основного отпуска за 2013 год, а также представить его к досрочному увольнению с военной службы по основанию, предусмотренному подп. «а» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе».

В удовлетворении заявления в части иных требований судом заявителю отказано.

Отменяя определение судьи, суд апелляционной инстанции принял во внимание следующие обстоятельства.

Оставляя без движения апелляционную жалобу представителя должностного лица, судья в определении сослался на ч. 4 ст. 322 и ч. 1 ст. 323 ГПК РФ, и указал, что к жалобе не приложен документ, подтверждающий уплату государственной пошлины.

Однако, без внимания судьи осталось то обстоятельство, что в соответствии с подп. 19 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями, освобождаются государственные органы, органы местного самоуправления, выступающие по делам в качестве истцов и ответчиков.

Согласно п. 1 ст. 11 Налогового кодекса РФ институты, понятия и термины гражданского, семейного и других отраслей законодательства Российской Федерации, используемые в этом Кодексе, применяются в том значении, в каком они используются в этих отраслях законодательства, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 9 Положения о Министерстве обороны Российской Федерации утвержденного Указом Президента РФ от 16 августа 2004 г. № 1082 (далее - Положение), Министр обороны несет персональную ответственность за решение задач и реализацию полномочий, возложенных на Министерство обороны России и Вооруженные Силы, и осуществляет свою деятельность на основе единоначалия.

При таких обстоятельствах, в случаях, когда должностные лица органов военного управления выполняют одновременно функции государственных органов как единоличные исполнительные органы, имеются основания для освобождения должностных лиц от уплаты государственной пошлины на основании подп. 19 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ.

В связи с изложенным Министр обороны РФ, так и подчиненный ему начальник академии (его представитель), освобождаются от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции или мировыми судьями.

Предметом спора по делу являлись неправомерные действия Министерства обороны РФ и начальника академии в результате осуществления должностными лицами властных полномочий.

Следовательно, оспариваемые заявителем действия должностных лиц были совершены Министром обороны РФ и начальником академии в результате осуществления ими властных полномочий по руководству указанным государственным органом.

Поэтому указанные лица (или их представители) подлежат освобождению от уплаты государственной пошлины за подачу апелляционных жалоб.

На командира воинской части, которая является государственным

органом, распространяется установленная подп. 19 п. 1 ст. 333.36

Налогового кодекса РФ льгота по уплате государственной

пошлины по искам о взыскании причиненного материального ущерба в соответствии с Федеральным законом «О материальной

ответственности военнослужащих»

Апелляционным определением окружного военного суда отменено определение судьи Солнечногорского гарнизонного военного суда об оставлении без движения искового заявления командира воинской части к военнослужащему этой же воинской части старшему лейтенанту М. о взыскании причиненного ущерба в сумме 653267 руб. 88 коп. по следующим основаниям.

Определением судьи Солнечногорского гарнизонного военного суда данное исковое заявление оставлено без движения в связи с отсутствием документа, подтверждающего уплату государственной пошлины. Согласно определению судьи этого же суда от 1 августа 2014 г. исковое заявление возвращено истцу в связи с невыполнением указания судьи о предоставлении документа об уплате государственной пошлины.

Отменяя данное определение, судебная коллегия исходила из следующего.

В соответствии со ст. 89 ГПК РФ льготы по уплате государственной пошлины предоставляются в случаях и порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Согласно подп. 19 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ от уплаты государственной пошлины освобождаются государственные органы, выступающие по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, в качестве истцов или ответчиков.

В соответствии с п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» от 29 мая 2014 г. № 8 разрешая вопрос, относится ли орган военного управления к государственному органу, имеющему льготы по уплате госпошлины, следует применять то значение понятия государственного органа, которое используется в соответствующей отрасли законодательства. Так, органы военного управления, созданные в целях обороны и безопасности государства, относятся к государственным органам, освобождаемым от уплаты государственной пошлины в соответствии с подп. 19 п. 1 ст. 333.36 НК РФ, при выступлении в качестве истцов или ответчиков.

Как видно из представленных материалов предметом поданного в суд командиром воинской части искового заявления является привлечение к материальной ответственности военнослужащего этой воинской части старшего лейтенанта М. и взыскание с него 653267 руб. 88 коп. в счет возмещения причиненного материального ущерба государству.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» от 12 июля 1999 г. № 161-ФЗ законодатель, устанавливая предмет регулирования и область его действия, определил условия и размеры материальной ответственности военнослужащих за ущерб, причиненный ими при исполнении обязанностей военной службы имуществу, находящемуся в федеральной собственности и закрепленному за воинскими частями.

Для целей анализируемого Закона в ст. 2 под воинскими частями понимаются органы военного управления, объединения, соединения, воинские части, корабли, организации, военные профессиональные образовательные организации и военные образовательные организации высшего образования, в которых в соответствии с законодательством РФ военнослужащие проходят военную службу.

Все перечисленные неравнозначные понятия объединены в этом законе в связи с тем, что у каждого из них находится во владении государственное имущество, вверенное для выполнения возложенных на них государственных функций.

Принимая во внимание, что истец в споре о взыскании причиненного воинской части имущественного ущерба выступает от имени государственного органа и действует не в интересах конкретной части, а в государственных интересах, направленных на защиту имущества, находящегося в федеральной собственности, то в этом случае командир войсковой части 04058, выступая в качестве истца, подлежит освобождению от уплаты государственной пошлины на всех стадиях гражданского судопроизводства.

Таким образом, на воинскую часть, как на государственный орган в полной мере распространяется установленная подп. 19 п. 1 ст. 333.36 НК РФ льгота по уплате государственной пошлины.

Кроме того, окружной военный суд полагает возможным учесть и положение п. 7 ст. 3 НК РФ, в силу которого все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сборов).

При таких данных у судьи гарнизонного военного суда отсутствовали законные основания для оставления заявления без движения вследствие непредставления истцом документа, подтверждающего уплату государственной пошлины.

С учётом изложенного окружной военный суд пришел к выводу, что нельзя признать законными как определение об оставлении искового заявления командира воинской части без движения, так и производное от этого судебного постановления определение о возвращении упомянутого искового заявления.

Их отмена влечёт передачу иска в гарнизонный военный суд для повторного рассмотрения вопроса в рамках гл. 12 ГПК РФ.

Основанием для отмены судебного решения по вновь

открывшимся обстоятельствам явилось отсутствие у суда и

заинтересованного лица данных о получении заявителем и

членами его семьи жилого помещения ранее

Решением Московского гарнизонного военного суда от 29 апреля 2013 г. удовлетворено заявление Е. об оспаривании действий директора Департамента жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации (далее – ДЖО МО РФ или департамент), связанных с отказом в предоставлении жилого помещения по договору социального найма и на указанный Департамент возложена обязанность отменить решение от 16 апреля 2013 г. об отказе в предоставлении Е. жилого помещения в г. Москве, а также заключить договор социального найма на квартиру.

Представитель ДЖО МО РФ обратилась с заявлением о пересмотре данного судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам, которыми, по ее мнению, являются объективные данные об обеспечении Е. в 1999 году жилой площадью от Министерства обороны РФ, ставшие известными после вступления вышеуказанного судебного решения в законную силу.

Московский гарнизонный военный суд данное заявление удовлетворил и отменил по вновь открывшимся обстоятельствам решение Московского гарнизонного военного суда от 29 апреля 2013 г.

Судебная коллегия, рассмотрев дело в апелляционном порядке, согласилась с выводами суда первой инстанции.

Из заявления о пересмотре судебного решения по вновь открывшимся обстоятельствам, протокола судебного заседания и обжалуемого определения видно, что в качестве таких обстоятельств представитель должностного лица указала на обеспечение заявителя Е. в 1999 году от Министерства обороны РФ жилым помещением, которое он не сдал уполномоченному органу. По утверждению представителя ДЖО МО РФ данные обстоятельства на момент вынесения Московским гарнизонным военным судом 29 апреля 2013 г. решения, не были известны ни департаменту, ни суду.

В соответствии со ст. 392 ГПК РФ решения, определения суда, вступившие в законную силу, могут быть пересмотрены по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

Положения этой нормы гражданского процессуального закона, устанавливающие основания для пересмотра судебных постановлений, вступивших в законную силу по вновь открывшимся или новым обстоятельствам, направлены на исправление возможной судебной ошибки, а потому являются дополнительной процессуальной гарантией защиты прав и охраняемых законом интересов участников гражданских процессуальных отношений.

Согласно ч. 2 и 3 ст. 392 ГПК РФ, а также п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении судами заявлений, представлений о пересмотре по вновь открывшимся или новым обстоятельствам вступивших в законную силу судебных постановлений» вновь открывшимися обстоятельствами, указанными в п. 1 ч. 3 ст. 392 ГПК РФ, являются относящиеся к делу фактические обстоятельства, объективно имевшие место на время рассмотрения дела и способные повлиять на существо принятого судебного постановления, о которых не знал и не мог знать заявитель, а также суд при вынесении данного постановления. При этом необходимо иметь в виду, что представленные заявителем новые доказательства по делу не могут служить основанием для пересмотра судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам.

Из материалов дела усматривается, что основанием для отказа в предоставлении Е. квартиры, расположенной по адресу: г. Москва, Варшавское шоссе, д. 160, корп. 1, кв. 14 явилось постановление судебного пристава-исполнителя от 17 августа 2012 г. о наложении запрета на проведение регистрационных действий в отношении этой квартиры.

В ходе рассмотрения заявления Е. об оспаривании вышеуказанного отказа судом установлено, что иных оснований для незаключения с заявителем договора социального найма не имеется. При таких данных требования Е. были удовлетворены.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ (далее – Закон) государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета.

Согласно п. 1, 17 и 18 Инструкции о предоставлении военнослужащим–гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, жилых помещений по договору социального найма, утвержденной приказом Министра обороны РФ от 30 сентября 2010 г. № 1280 (далее – Инструкция) для признания военнослужащих нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма необходимо подать заявление с приложением к нему документов, названных в этом пункте. При этом военнослужащими также предоставляются документы о ранее предоставленных жилых помещениях.

Из приведенных правовых норм следует, что при определенных обстоятельствах несдача ранее предоставленного жилого помещения может явиться препятствием для обеспечения военнослужащего жильем.

Следовательно, информация о предоставлении жилого помещения и о его сдаче имеет существенное значение для дела и способна повлиять на принятое по делу решение.

Применительно к настоящему делу такая информация не может быть признана новым доказательством, поскольку жилищные органы не обосновывали законность отказа в предоставлении заявителю жилья его обеспеченностью жилым помещением от государства.

На момент вынесения судебного решения от 29 апреля 2013 г. данные о предоставлении Е. квартиры в 1999 году отсутствовали.

Каких-либо доказательств осведомленности ДЖО МО РФ и суда об этом обстоятельстве не имеется, не представлены они и стороной заявителя. К таким доказательствам не могут быть отнесены объяснения об этом представителя заявителя, а также документы квартирно-эксплуатационной службы.

Наличие такой информации у жилищного органа ранее могло послужить самостоятельным основанием для отказа в предоставлении Е. жилья еще до вынесения Московским гарнизонным военным судом решения от 29 апреля 2013 г.

Согласно материалам дела данные об обеспечении Е. и членов его бывшей семьи жилым помещением от Министерства обороны Российской Федерации в 1999 году были представлены заявителем в ДЖО МО РФ 14 марта 2014 г., в связи с чем не имеется оснований для признания пропущенным срока на обращение 11 июня этого же года с заявлением о пересмотре судебного решения по вновь открывшимся обстоятельствам.

При таких данных гарнизонный военный суд пришел к обоснованному выводу о необходимости отмены по вновь открывшимся обстоятельствам вступившего в законную силу решения Московского гарнизонного военного суда от 29 апреля 2013 г.

Предлагаю:

Настоящий обзор изучить с судьями гарнизонных военных судов, а изложенные в нем рекомендации учесть в дальнейшей судебной деятельности.

Дополнительно изучить постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2014 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих».


Врид Председателя Московского окружного военного суда  А.Н. Ряузов

опубликовано 27.01.2015 13:22 (МСК), изменено 27.01.2015 13:25 (МСК)